Бричмулла

Мне было жалко маму! Во мне словно проснулся белобрысый ребенок с вечно мокрым носом и замазанными грязью штанишками с дырками на попе.

– Мамочка, родная! Помоги!

Очень трудно объяснить кому-то другому это душераздирающее ощущение детства. И как неразлучны мы со своими мамами. Почему мы в любом возрасте в минуты опасности всегда зовем на помощь своих далеких родных, близких?

– Мамуся! Я здесь один замерзаю. Меня похитили. Мне что-то грозит. Мне ничего непонятно! Помоги! Защити! Освободи!

В какой-то миг мне почудилось, что темнота смотрит укоризненно на меня и качает головой.

Азиза и ее родственники

Дверь приоткрылась. На пороге появилась невысокая черноволосая женщина с темносиними глазами на морщинистом бледном лице. Она смотрела на меня сочувственно.

– Здравствуй, студент! Скажи на милость! Зачем ты суешь свой нос в чужие дела?

– Нужны вы мне сто лет! Зачем вы меня похитили? Я хотел просто предупредить о радиации в штольне. А вы криминал устроили. Сейчас весь поселок на ушах стоит.

И развяжите мне, наконец, руки!

– Азим, развяжи парня. «Принеси кошму и напои гостя чаем», – недовольно произнесла женщина и усмехнулась. – Не похитили, а привезли в гости. Ты же хочешь с родней Замиры познакомиться. Я тетушка Азиза, родная сестра Анзора.

– Очень приятно. Только зачем знакомство начинать с битья головы? Вы же могли проломить мне голову.

– Непредвиденные обстоятельства! Пойдем посидим. Полюбуемся на ночные горы. Поговорим.

Ночь сомкнулась над хребтами гор, образуя огромное безбрежное море с яркой россыпью звезд.

Темно-синее небо словно качалось. Оно плыло, подгоняемое ветром, на восток. Какая-то божья благодать торжествовала во всем. Воздух был наполнен свежестью не засохших трав. Вокруг нас летали светлячки и миролюбиво сияли. Дом возвышался на приличной высоте среди нескончаемых пастбищ, повсюду виднелись черные пятна пасущихся овец. Здание походило скорее не на кошару, а на загородную дачу, что уютно примостилась на высоте между склонами двух хребтов. Мы сели на скамейку под деревьями за небольшой стол. Азим принес чай. Я стал жадно его глотать.

– Зачем ты пошел в штольню? – укоризненно глядя на меня, спросила тетушка Азиза. Жизнь изрядно потрепала ее. Она походила на чинару, отполированную ветрами. Черно-синие глаза были мудры и смотрели прямо, словно изучали чужую вышивку.

– Меня послали с Абдолом отбирать пробы. Абдол убежал, испугавшись шайтанов. А я описывал рудную жилу. Затем получил бревном по голове.