Литература и кино – миф или реальность?

Активизация экономической жизни, появление университетов способствовали рождению новых идеалов, новой этики и новой эстетики.

Что дало искусство европейского Средневековья для мироощущения человека? Вот некоторые выводы.

• Было уделено огромное внимание внутреннему миру человека, его духовным поискам, его практике борьбы со злом не только вовне, но и внутри себя.

• Были сформулированы идеи и означены образы добра и зла.

• Была осуществлена попытка обозначения эстетического идеала.

• Искусство возведения храмов и их оформления поднялось на недосягаемую высоту, было приравнено к Божественному промыслу.

Нужно отметить, что в эстетическом освоении мира духовно-религиозные поиски всегда были ведущими. И фигура художника при этом была необычной, он принадлежал к избранным, к духовной элите, он был философом, мудрецом, учителем жизни.

Вот этот образ мастера, титана, гения вошёл в новую эпоху и явил миру новое искусство, а именно то, что и сегодня именуется искусством Возрождения.

Сошлёмся на анализ О. Шпенглера, который в своей работе «Закат Европы» сопоставляет два исторических типа человека – аполлоновский (античный человек) и фаустовский (человек эпохи Ренессанса). Ренессансу сильная вера готики служила в качестве постоянной предпосылки его мирочувствия. Подражание природе означало подражание её душе. Ренессанс означал тогда готический взлёт от 1000 года и далее, новое фаустовское мирочувствие, новое самопереживание Я в бесконечности.

Рафаэль, пишет Шпенглер, был проникновеннейшим из всех создателей Мадонн.

Твёрдая вера в дьявольский мир и в избавление от него заступничеством святых лежит в основе всего искусства и сочинительства; все без исключения неизменно взирали на костры ведьм как на нечто естественное и носили амулеты против дьявола. Люди, не ощущающие за спиной дьявола, не смогли бы создать ни «Божественную комедию», ни потолок Сикстинской капеллы. Только на мощном фоне этого мифа в фаустовской душе выросло ощущение того, чем она была: Я, затерянное в бесконечности; всецело сила, но бессильная в бесконечности более великих сил; всецело воля, но исполненная страха перед своей свободой.

Эстетика Возрождения впитала достижения классической формы греческой пластики, архитектуры и традицию поиска духовных ценностей Средних веков. Это то, что было взято в наследство из прошлого. В то же время настоящее было отмечено развёртыванием возможностей человека, его способностей в изменении мира.