Главы для «Сромань-сам!»

Объёмистый портфель коричнево-искусственной кожи с ввалившимися боками. Он ухватил его из-под своего сиденья и сошёл на нужной станции. Не сразу даже и заметил, что портфель-то подменили, до того схожи. А когда Дмитро Иваныч его открыл, там оказалась рабочая спецовка скрученная шохом-мохом. Иди и думай что подумать. Синяя рабочая спецовка, вернее даже комбинезон. Достаточно несвежий. Специфично чекистское чувство юмора…

В целом, жизнь, можно сказать, удалась, если особо не вдумываться… Не считая досадных моментов, когда Антонина Васильна забывает хлеб купить.

Антонина Васильна… Как правильно подметил Российский классик, «подруга дней моих суровых…» ну и так далее, по тексту.

Подруга со студенческой скамьи, поженились неделю спустя после получения дипломов. Ах, Тонечка – Длинная Коса… самая стройная девушка на курсе… Тонюсенька…

Всю жизнь преподавала в школе мову и литературу, а дома читала Марину Цветаеву всевозможных годов издания.

– Антонина Васильна, у тебя дома уже целый склад этой Цветаевой, эту-то зачем купила? Они ж дублируют друг друга. Стереотипные.

– Ты ничего не понимаешь, Дмитро…

Как будто есть что понимать: новое платьице старой, но любимой кукле.

Однако борщи готовит неоспоримо Украинские.

С каких же это пор он начал величать её по имени-отчеству? Ну это ещё дети рядом жили… Да, точно… Сперва в шутку, теперь просто само—и только так, а не иначе—выскакивает, на автомате.

А и на что тут удивляться? – от косы осталась только стрижка волнистых волос ослепительно белой седины вокруг лица в сухих морщинах. Пенсионерка Антонина Васильна Марину знает назубок, но всё равно порой ещё полистывает… Причём из самых давних годов издания.

Но стройность всё так же при ней.

Вот так, с достоинством и без суеты, с приличествующей Старшему Преподавателю Кафедры Английского языка Государственного ордена Трудового Красного Знамени Педагогического Института имени (нет, придётся всё ж таки перевести дух), да, с неторопливостью, и не углубляясь в медитации на какую-либо из длительно конкретных тем, Дмитро Иваныч снизошёл на площадку между своим и четвёртым этажами.