Изобретатели велосипедов

У призраков когда-то был дом.

Не спорь, лучше посчитай, сколько спиц в колесе.

Голос неба – это очень тихий звон.

А еще скрип снега, тоже звук.

Узнав, что Рерих когда-то жил, он подумал, надо ли это знать.

Жилплощадь – поэма-канцелярит. Вычеркни.

И что тебе Рерих? Вот туалетный бачок – да!

На столе: суп в тарелке красно-фиолетовый, в нем ложка сметаны.

Кошка внимательно смотрит сквозь тебя.

Сосульки похожи на орган.

Кто же по снегу на велосипеде? – А вот!

Синица с желтой грудкой, успеть увидеть.

Колеса в шипах как ежики.

Изобретатели велосипедов их не видят, изобретают свои.

Нет, они специально не отворачиваются.

Им нужно не запутаться в февралях.

Тот, кто рисует, может, и выпутается.

Дернуть за шишку, и польется вода.

Время уходит туда же.

Кошка свернулась где-то внутри меня и спит.

У каждого февраля есть горизонт.

Горизонт есть у каждого.

Горизонт не обязательно горизонтален.

Вот у Рериха – красные, синие, фиолетовые горы ломают линию, взрывают холст.

Все Рерихи уходят.

Я не буду о том, что про него пишут, писателей больше, чем Рерихов.

Художник Мгер Чатинян снова изобразил осла. Он, осел, стоит посреди розовой пены цветущих абрикосов.

Свободный не навьюченный ослик, мечта всех. Осликов.

Как не вспомнить Анатолия Васильева.

Вспомнить, как я боялась ослика, а мама вела меня за руку из детства и говорила: не оглядывайся.

Но я не только боялась, я шла.

Есть люди, которые не боятся.

Я верю, что есть люди, которые не боятся.

Я верю, что есть люди.

Азбука февраля.

Настоящая кошка охотится даже когда нет мышей.

Добыча: носок, игрушечный ежик, носовой платок.

Посреди ночи прыгнет в постель с ежиком в зубах, скажет – вот, я принесла. Я настоящая кошка!

Конечно – бормочешь сквозь сон, и рука утонет в чем-то теплом и пушистом.

Если писать о кошке каждый день, многое поймешь про себя. Так сказал Анвар, восточный человек.

Вокруг живет много фраз, только их часто не слышишь.

Лучше всего, когда кошка трехцветная.

Ловец снов – такая профессия.

Или нет, это маленький обруч, затянутый сеткой и украшенный перьями, индейский амулет.

Его вешают в изголовье, чтобы сны хорошо подумали, сниться или лучше не надо.