У Беды зеленые глаза

Так что некому будет и нам мстить. Тем более тебе. Ты же их не видел даже. Они тебя тоже не видели. Чего тебе – то опасаться? И вообще, какая здесь опасность для нас? В чем ты ее видишь?

– Все будет так, как ты говоришь, только в одном случае: этот урод сдаст своих подельников. И их арестуют. А если нет? Если он будет молчать как рыба об лед? Что тогда?

– Не будем забегать так далеко вперед. Все опасности и трудности будем преодолевать по мере их появления. Или ты предлагаешь изменить показания? Сказать, мол, извините, я ошиблась.

Нет. Я такого не сделаю. И точка! Я просто уверена, что милиционеры заставят его все рассказать обо всех участниках налета. Уверена!

– Я не доверяю этим ментам. Ты только почитай газеты, посмотри телевизор. Одни оборотни в погонах. Все продается у них и покупается. В том числе и за счет таких потерпевших, как мы с тобой и наша дочь.

Катя внимательно посмотрела на мужа.

Лицо ее стало еще строже. Глаза заблестели. То ли от злости, то ли от жалости к мужу.

Сразу не разберешь. Она даже прищурилась. Как будто дневной свет ослеплял ее.

– Скажи, дорогой, ты меня любишь?

– Ну, начинается! – Возмущенный Сергей даже несколько отстранился от жены.

– И все же? Любишь по прежнему, как раньше? Или, как говорит твой дружок Аркаша, , прошла любовь, завяли помидоры?

Сергей приблизился к жене и обнял за талию.

– Дурочка ты моя. Конечно же, люблю. Не только как прежде. А еще сильнее. Ты в этом сомневаешься?

Катя сняла со своего тела его руки и продолжила:

– Тогда мне не понятно твое упорное желание остановить меня в стремлении наказать тех уродов, которые напали не только на меня, но и на нашу маленькую дочь.

Пока хотя бы одного из них. Ты хоть немножко способен понять, что мы с ней пережили? Или тебе на это наплевать?

В ее глазах появились слезы. Пока они только появились. Казалось, что еще секунда, и они потекут по ее пухлым щечкам.

– Послушай, родная …

– Нет, это ты послушай меня, – перебила его Катя.

 – Я ведь стараюсь не только ради себя. А ради всей нашей семьи. Стараюсь вернуть то, что они так жестоко отобрали у нас. У нас, а не только у меня. Как ты этого не можешь понять? Неужели ты не в состоянии понять, что я не могу забыть того, что с нами случилось совсем недавно.

– Я все это прекрасно понимаю. Да, я никогда не мешал тебе. У меня и в мыслях этого не было. Я просто хочу, чтобы еще большее горе не пришло в наш дом.