Варенье из падалицы

Но так и осталась неузнанной и забылась навсегда…

По невидимой в темноте реке прошли между домами красные и белые огни, обозначавшие баржу.

…тащил свою любовь, как несут на плече длинную прогибающуюся доску.

Вьюго-запад.

Ребенок что-то прошелестел во сне губами.

Его родословное дерево сожгли еще в революцию, в буржуйках.

Маленький тщедушный человечек был помещен в большое кожаное пальто.

Писатель Иван Посредственный.

…И свернул рукопись, как продавщица свертывает кулек.

– Да у него во рту кубик Рубика!

На концерте индийской музыки не различил момента, когда музыканты уже кончили настраивать инструменты и принялись играть.

Синьор Дурраччино.

1985

Потное балетное ремесло.

В его внешности было что-то от миллионера, только неважно одетого.

В те далекие годы, когда лифтерши вязали в парадных бесконечные чулки.

…Иногда ветер дует из-за реки, со стороны вокзала. Он приносит тягучий запах древесного угля от спящих на путях составов.

И тогда кажется, что прямо там, за похожим на помесь мечети с аэропортом вокзальным зданием, сразу открывается свободное пространство – страна, перерезанная веером уходящих через поля, леса и полукружия рек блестящих рельсов.

На самом деле там еще долго тянутся пакгаузы, какие-то ангары, заваленные бочками и ящиками сортировочные станции, закопченные городские окраины, полосы отчуждения и прочая железнодорожная чепуха.

Но поля и леса действительно существуют дальше, и они снятся в такие дни.

В окружении подруг, перемежавших телефонное вранье с любовью.

Представляясь, он произнес нечленораздельно нечто похожее на «Екатерин Палыч».

Исподнее жизни.

Чужой желудок – потемки.

Весна проявилась исподволь, как неизлечимая болезнь. Снег невидимо подтаял изнутри, наполнив воздух всепроникающей сыростью. И уже вскоре первые велосипеды проехали по освобожденному от почерневшего льда асфальту.

На стене висел энергичный набросок жилистой натурщицы.

Девки будут обнимочно и на вывоз.

Земля просохла, но принялась невидимо набухать всеми кочками и деревьями, как набухают и проклевываются бобы, завернутые перед посадкой в мокрую тряпицу.

Голубая, ветреная весна.

По очередной прихоти моды, мужчины почти поголовно приобрели вид лыжников, только что вернувшихся с прогулки.

В учрежденческом туалете пятеро сантехников со стонами корчевали унитаз.