Убей меня своей любовью

Бесплатный сыр бывает только в мышеловке. У всего есть цена. И за новые способности ожидает ранняя и безызвестная смерть. Приходится гадать, какая участь уготована мне. Ну а пока, не всё ли равно? Прошлого ведь не изменить, а будущее не предотвратить. Остаётся только наслаждаться настоящим. Именно оно решает, что с нами станет завтра.

– Сегодня тебе предстоит знакомство со сводом «Бернаусизма», созданным Всемогущим Камнем. Язык, на котором Книга написана, не поддаётся исследованию даже нами. Его можно выучить, но использовать только в особых случаях, например при общении с Бернаусами других наций и осуществлении заклинаний.

Это будет последним испытанием перед встречей с Советом. Совет – всего лишь формальность. Именно он официально осуществляет принятие новенького в касту избранных, – торжественно заявила Эма, будто сама являлась почетным участником Совета.

– Значит, отказаться нельзя? – спросил я с оттенком неудовольствия и разочарования, так как не особо любил подобные сборища. Быть в центре внимания и блистать перед обществом незнакомцев – не моя фишка.

– Конечно, нет! Отказ обрекает тебя на жизнь изгоя. Полноценно Бернаусами становятся после одобрения Советом и внесения имени «новобранца» в летопись. Хватит пустых вопросов на сегодня! Пора завершить начатое, – подруга прервала бессмысленную беседу и направилась к выходу. В тот день Эма выглядела просто потрясающе: она была одета в узкие кожаные брюки и куртку, которые чётко прорисовывали талию и бёдра; волосы были распущены (мне всегда нравились девушки с распущенными волосами).

То ли Эма не любила с ними возиться, делая различные прически, то ли ей просто нравилось чувствовать себя свободной. Я давно приметил, что если она находилась в хорошем настроении, то распускала волосы, а если в плохом – связывала лентой или резинкой. Нервничая, она имела привычку зачесывать их в правую сторону. Я знал свою наставницу как свои пять пальцев. Почувствовав, что я искоса наблюдаю за ней, подруга остановилась и оценивающе кинула на меня взгляд, а затем закатила глаза к потолку.

– Каулакис, ты ведь не собираешься в этом выходить на улицу? – неискренне возмутилась она.

– Чем тебе мой прикид не нравится? – я осмотрел себя: синяя футболка, брюки цвета хаки и белые кроссовки. Вроде я выглядел нормально.

– Совсем одеваться не умеешь. Так ты себе девушку не завоюешь, – Эма подошла к моему шкафу, порывшись минуты две-три, что-то достала и кинула мне, – держи.