Не гаси свет

– Вот именно – другому.

– Мы поищем разгадку позже, а сейчас поедем, родители ждут, – веско произнес мужчина, гипнотизируя ее взглядом.

Да, да, да, конечно: твои родители… Рождество… Да какое все это имеет значение, если неизвестная женщина попробует убить себя сегодня вечером?

– Скажи честно, Жеральд, ты понимаешь, что это за письмо? – спросила мадемуазель Штайнмайер.

– Думаю, да… – нехотя ответил ее собеседник, сняв руки с руля.

– Не знаю. У тебя есть идеи? Не можем же мы сделать вид, что ничего не произошло…

– Послушай меня, дорогая… – Снова эти осуждающие нотки! Ее друг как будто хотел сказать: «Вечно ты вляпываешься в неприятности, Кристина». – У нас назначена встреча, первое свидание с моими родителями, мы уже и так на час опаздываем.

Жеральд говорил спокойно и рассудительно. Слишком рассудительно. Он всегда брал такой тон, когда бывал недоволен ею. В последнее время это случалось все чаще. «Обрати внимание, какое потрясающее терпение я проявляю…» – вот что имел в виду этот мужчина.

– Если это призыв о помощи, он не будет услышан, потому что человек, которому адресовано письмо, не прочтет его, а значит, кто-то действительно покончит с собой сегодня вечером. И в том, и в другом случае в курсе дела я одна.

– Какого дела?

– Мы должны обратиться в полицию.

Ларше закатил глаза:

– Письмо даже не подписано! На конверте нет адреса! Думаешь, в полиции обрадуются? Знаешь, сколько времени уйдет на составление протокола? Праздничного ужина мы точно лишимся!

– Праздничного ужина? Да как ты можешь! Речь идет о жизни и смерти человека!

Жеральд шумно вздохнул, и его подруга кожей почувствовала, как он раздражен.

– ЧЕГО ТЫ ОТ МЕНЯ ХОЧЕШЬ, А?! – рявкнул он.