Не гаси свет

Пальцы великого музыканта легко касались клавиш «Стейнвея», извлекая из инструмента невесомые, как крылья бабочки, ноты, которые остались в веках, чтобы Сервас мог наслаждаться ими сегодня.

«Иногда передовые технологии действительно творят чудеса, – подумал он, – пусть даже в них есть нечто дьявольское». Полицейский взглянул на часы – 17.16 – и достал телефон.

– Привет, Мартен… – услышал он знакомый голос.

Это был Дегранж, инспектор Службы общественной безопасности, прямой, честный, наделенный от природы чутьем, которому мог бы позавидовать самый породистый бладхаунд.

– Сколько лет, сколько зим… – протянул Дегранж. Ему была известна история с «польской коробкой», но сдержанность и чувство такта не позволяли ему упомянуть об этом впрямую.

– Я в отпуске по болезни, – ответил Сервас.

Без комментариев…

Затем Мартен из вежливости поинтересовался, как поживают дочери Дегранжа. Обе были немыслимыми красотками, росли не по дням, а по часам и вызывали восхищение у всех окружающих.

– Ты вряд ли звонишь, чтобы поболтать о моих девочках, Мартен, я угадал? – спросил наконец инспектор.

Сервас решил не темнить:

– Имя Селия Яблонка тебе что-нибудь говорит?

– Девушка, перерезавшая себе горло в отеле «Томас Вильсон»? Конечно.

– Я хочу посмотреть то дело…

– Зачем?

Прямо и без обиняков. Майор знал, что его бывший коллега ждет такого же прямого ответа, и предпочел сказать правду:

– Кто-то прислал мне ключ от номера, где она умерла.

Пауза.

– Есть идеи насчет личности «дарителя»? – уточнил наконец Дегранж.

– Ни одной.

Еще одна пауза.

– Ключ, говоришь? – снова подал голос инспектор.

– Да.

– Ты доложил начальству?

– Нет.

– Черт бы тебя побрал, Мартен! Ты же не собираешься снова открыть это дело и вести его в одиночку?

– Я всего лишь хочу прояснить кое-какие детали. Если что-нибудь раскопаю, сообщу Венсану и Самире. Нужно проверить факты.

– Какие?

– Что?

– Какие факты?

Сервас ответил с секундной задержкой:

– Вообще-то я хочу найти того или ту, кто прислал мне ключ, и думаю, что ответ может быть в этом деле.

Дегранж промолчал, и Мартен понял, что тот размышляет.

– Мда… Логично. До некоторой степени… – признал в конце концов его бывший коллега. – А ты не задал себе другой вопрос?

– Какой?

– Почему выбрали именно тебя? Ты ведь не имел отношения к тому расследованию.