На дорожках неведомых

Пришедшая в себя княгиня вновь упала в сильном обмороке. Только Муромец остался хладнокровен, непоколебим, как истинный богатырь. Не растерявшись, он ловко подбросил камень и так лихо щелкнул его ракеткой для бадминтона, что тот пулей понесся в сторону Змея Горыныча, ударив реликтового рептилоида прямо во взмыленное подхвостье.

– Ой, – завопил Горыныч, – в меня попали. Бьет гад, по помидорам!

– Мы же невидимы, – сказала левая голова. – Мы же под шапкой невидимкой – ядрен батон!

– Братцы, я шапку, на дубе забыл, – сказала средняя голова.

– Ну, тогда все ясно, – сказала правая голова и запела:

– Мы летим, ковыляя во мгле. Мы летим на последнем крыле. Глаз подбит, хвост свербит, но Горыныч летит, на честном слове и на одном крыле.

– Валим отсюда, – завопил центральный и, поджав хвост, стал учащенно махать крыльями. Илья Муромец вновь подкинул камень, и с такой силой запустил его в воздух, что тот догнал змея и со всей силы стукнул в затылок левую голову. Тот отключился. Горыныч, почувствовав недомогание, пошел в пике.

Пролетев над озером, он не удержав высоты, рухнул за ним, прямо в лесной массив, поднимая клубы пыли.

– Боже, ты его сделал – Ильюша! Ты выбил ему мозги, – проорал князь Владимир.—Кто найдет ребенка, тот получит земельный надел в Рублевке и сундук злата, – проорал Князь.

Стрельцы бросились бежать вокруг озера, чтобы поймать Горыныча, который так красиво пикировал в лес.

Тем временем, Змей Горыныч, пришел в себя. Он взобрался на пень, и уселся на него, держа девочку передними лапами.

– Что братва, будем делать? Так опозориться может только лох печального образа!

– Валить отсюда надо, – ответила правая голова, – княжеская охрана с минуты на минуту тут будет.

– Шапку надобно забрать, – ответил центральный, – шишку прикрыть, чтобы не застудилась.

– Ага, чтобы от Муромца еще раз в подхвостье получить, – сказал левый, почесывая за ухом. – С меня хватит.

– Дитё нужно здесь оставить, а самим налегке слетать за шапкой.

Кощей сейчас явно видит, чем мы занимаемся, и теперь точно пошьет из нас сапоги. Лучше вернуться с шапкой и без дитя, чем без шапки, но с дитем. За шапку он порешит нас. Будем потом на камушке греться.

Пока Змей Горыныч, сам с собой разговаривал, на поляне вдруг появился мужичок с еловой дубиной. Мастер Данила как раз прохаживался мимо, в поисках грибов и услышал, как головы между собой беседу ведут.

– Ты, это гы, – сказал Данила, размахивая дубиной.