Древо возможностей (сборник)

– Спасибо, что помогли мне, Петронилла, – сказал он.

– Ну наконец-то я дождалась благодарности. Я приготовила вам супчика, господин странный чужестранец, всему удивляющийся и сам удивительный.

Она подала ему миску не очень аппетитного желтовато-белого бульона, в котором плавали кусочки хлеба и овощей. Он протолкнул в себя жирную жидкость, и ему хватило присутствия духа не попросить чаю или кофе.

– С тех пор как вы пришли в себя, вас, кажется, что-то мучит, – снова заговорила девушка.

– Дело в том, что я приехал из провинции, где люди жить не могут без ванн, и…

– Ванн? Вы имеете в виду бани?

Она объяснила ему, что эти места, задуманные как помывочные, стали местами разврата.

Вдобавок ученые обнаружили, что от горячей воды трескается кожа и организм подвергается пагубным сквознякам; подозревали также, что пресловутые бани – рассадники чумы.

Наверняка эти веселые места раздражают Церковь, подумалось Пьеру.

Петронилла подтвердила его мысль:

– Господин кюре запрещает нам ходить в бани.

Он говорит, что не подобает добрым христианам собираться в жарком и полном пара помещении, похожем на ад.

Пьер подумал, что по возвращении было бы интересно написать диссертацию о гигиене в XVII веке.

– Ладно, поговорили, и будет, теперь отдыхайте, – скомандовала девушка.

Когда он проснулся, вооруженная стража окружила дом и арестовала его. Петронилла донесла на него, обвинив в колдовстве. Не успел он и глазом моргнуть, как его отвели в тюрьму и бросили в камеру, где были еще двое.

– За что вы здесь?

– За колдовство.

– А вы?

– За колдовство.

– Значит, мы все здесь за колдовство?

Взгляд Пьера упал на предмет, выглядывавший из-под жилета одного из сокамерников.

– Да у вас фотоаппарат!

– Надо же, вам знакома фотография? – удивился тот.

– Конечно, я из XXI века. А вы?

– Тоже.

Пьер успокоился.

– Я в отпуске, – сказал он. – Имел несчастье напороться на грабителя, вот и влип. Кончилось тем, что аборигены бросили меня в этот карцер.

– Мы, стало быть, все трое пространственно-временные туристы, – заметил третий узник.

– Да, и нас считают колдунами.

Откуда-то донеслись леденящие кровь крики, и трое заключенных содрогнулись.

– Мне страшно. Что с нами сделают? Наверняка они собираются нас пытать, пока мы не признаемся, что продали душу Сатане, – вздохнул владелец фотоаппарата. – А потом повесят нас на виселице Монфокон.

Пьеру подумалось, что скоро и из него прорастет мандрагора.