Империя ангелов

Я тороплюсь оставить на ней отпечаток, но она вся дрожит, все время крутится, поэтому с наложением печати выходит промашка.

– У нее приступ клаустрофобии, – ставит диагноз Рауль.

– Уже?

– Конечно. Память о прошлой смерти порой оставляет следы. Для нее невыносимо находиться в замкнутом пространстве. На отпечаток у нас нет времени. Скорее, необходимо действовать!

Я подсказываю врачу-акушеру догадку о необходимости кесарева сечения.

Свет. Наконец-то свобода! Пара рук освобождает меня из тюрьмы, но ко мне все еще что-то прикреплено.

Это трупик Джорджа! Он обнимает меня, как будто не желает расставаться. Какая мерзость! Я умерла как мужчина с женским трупом в руках и рождаюсь как женщина, отягощенная мужским трупом.

Медсестры, вооружившись крохотными щипчиками, отрывают от меня пальчики Джорджа по одному.

– Тсс! Забудь прошлое.

Лишь только ее тельце оказывается в воздухе, я ставлю у нее над верхней губой ангельский отпечаток. Врачи слишком заняты проблемой отделения Джорджа и не смотрят на Венерину мордашку, иначе они заметили бы, что у нее под носом откуда-то взялась ямочка.

27. Рождение Игоря

Итак, сейчас я появлюсь на свет.

Помнится, раньше я был астронавтом. Мне запомнилось мое отчаяние.

Теперь мы находимся рядом с Игорем. Он тоже нервничает, потому что прокручивает в памяти свою прошлую жизнь с ее психологическими травмами. Я спешу скорее поставить ему ангельский знак. «Тсс, забудь прошлое». Но он отказывается униматься.

Моя мать рухнула прямо на улице. С тех пор как она махнула рукой на свои симптомы, это было ожидаемо. Приступы тошноты, головокружения. И всякий раз она наказывала ударами меня. Как будто я был виноват в ее мучениях!

В этот раз у нее отошли воды. Я остался сухим, а она вдобавок потеряла сознание.

Собрались люди, поднялся крик, кто-то сказал, что женщина, должно быть, беременна. Кто-то еще стал кричать, что надо срочно везти ее в больницу.

– Мне уже лучше, – сообщает доброхотам моя мама, придя в себя. – Выпила лишнего, только и всего.

Но ее, к счастью, не стали слушать.

До больницы далеко. Машина едет быстро, о чем свидетельствует тряска.

– Дышите медленно, – советует женский голос.

– Ерунда, я хочу домой, – повторяет мама.

Я уже задыхаюсь. Если я умру – а смерть уже близко, – то она выиграет. Начинаются схватки – пришло время.