День Муравья

Он утверждал: «Мы проводим эксперимент, который может стать самым важным для нашего поколения. Если мы не сумеем наладить диалог с муравьями, то не сумеем общаться и с другими разумными существами, как земными, так и внеземными».

И, конечно же, он был прав. Но какое это имеет значение, если для подобного прорыва не пришло еще время? Коммуны утопистов жили благополучно очень недолго. Гармонию подточили житейские проблемы, каждодневные, обыденные.

Один пожарный как-то обратился к Джонатану:

– Может, мы и похожи на космонавтов в космическом корабле, но, думаю, они позаботились бы взять с собой равное количество мужчин и женщин.

У нас здесь пятнадцать здоровых мужчин и одна-единственная женщина. А кроме того, еще старушка и ребенок.

Ответ Джонатана Уэллса был неожиданным:

– У муравьев тоже только одна самка на пятнадцать самцов.

Все предпочли счесть его ответ шуткой.

Люди плохо представляли, что происходит наверху, в муравейнике. Они знали только одно: королева Бело-киу-киуни умерла, а ее наследница не желает о них даже слышать.

Дело дошло до того, что она отказала им в пище.

Без общения и питания эксперимент превратился в пытку. Восемнадцать голодных пленников, запертых в подземелье, – с таким положением справиться нелегко.

Комиссар Ален Билсхейм был первым, кто однажды утром обнаружил, что «корзина даров» пуста. Отныне они должны были рассчитывать на собственные возможности, в первую очередь – на грибы, которые они научились выращивать здесь, под землей. Хорошо, что питьевой воды было вдосталь, благодаря подземному ручейку.

Хватало и воздуха – здесь имелись вентиляционные трубы.

Но воздух, вода и грибы не слишком ли суровый пост?

Один из полицейских взбунтовался. Мяса! Он хочет настоящего мяса! И предложил бросить жребий: кто-то должен стать едой для остальных. И уж точно он не шутил.

Августа Уэллс помнила эту сцену, словно все произошло вчера.

– Хочу есть! – орал полицейский.

– Но у нас больше ничего нет.

– Есть! Мы сами! Один из нас – может быть пищей для других.

Кто-то из нас, на кого падет выбор судьбы, должен пожертвовать собой, чтобы выжили остальные.

Джонатан Уэллс выпрямился во весь рост.

– Мы не звери. Только звери едят друг друга. А мы люди. Люди!

– Никто не принуждает тебя стать каннибалом, Джонатан. Мы уважаем твои убеждения. Но если не хочешь есть человечину сам, то послужи пищей нам.

Полицейский подмигнул своим коллегам, и те кинулись на Джонатана с явным намерением завалить его.