Икона из скита

А вечером подплыву за вами, как и договаривались, будьте на месте, да сильно перед глазами часового не мелькайте. Все нужно делать быстро. Понятно?

– Что тут непонятного, и козлу ясно. Я тут карты разбросил и подумал: не стоит нам с корешем бродяг впутывать в блудняк, зачем зэкам знать о нашем побеге. Я насчет пожара, пилораму сами подпалим.

– Как сами, что-то я тебя не пойму? Когда пилорама полыхнет, мне как начальнику лагеря надо быть в зоне?

– Простые свечи зажжем, а они горят часа три, не меньше.

Отчаливая, зажжем несколько штук. Чтобы не было осечки, для них и ямы уже приготовлены с сухой травой. Фитиль сгорит, дойдет до травы, как порох вспыхнет, пламя быстро распространится по пилораме. В трех местах сделали закладки, территория большая. Пока вертухаи тушат пожар в одном месте, в другом загорит. Хозяин, все твои труды сгорят, не жаль трудов-то своих? А? - смотря на него хитрыми глазами.

– А что их жалеть-то?! Как подумаешь, столько лет в лагере горбачу – один мартышкин труд, да и только.

Понимаю, прииск, там хоть золото, а какая польза от пилорамы? Никакой! Пилим и пилим, день и ночь пилим, все равно половина древесины на складе сгнивает, только лес зря губим.

Веревка, переминаясь с ноги на ногу, с ухмылкой смотрел на хозяина:

– Начальник, даже ты этот бардак понимаешь. И зачем советской власти столько леса, если нас, зэков, по всем зонам пруд пруди и все с пилами да с топорами. Сколько сосен сгубили, можно ими опутать весь земной шар частоколом, а ты требуешь с нас норму.

И кому нужна эта норма? Этого любителя природы да к нам на лесосеку, посмотрел бы я на него!

– Сталин, слышал про такого, – это он главный строитель коммунизма. Меня больше всего беспокоит твой казначей – он надежный человек или так себе, не пришей кобыле хвост? – прищуриваясь. – Я что говорю, как выйдем за ворота, он нас всех на нож поставит. А золота у вас в общаке, я так полагаю, не два килограмма?

– Тебе, начальник, скажу, сейчас можно, да, золотишка не два килограмма.

Да и у тебя у самого рыжья не меньше? Поди и поболе? А казначея нельзя не взять, общаком вдвоем распоряжаемся. Ты законы наши воровские знаешь, мутные выкрутасы у нас не канают.

– И тут ты прав, скоробчил немного на старость, тоже придется с ним попотеть. Но нам надо думать не про золото, а как живыми остаться. За мной по пятам идет особист, даже не знаю, что у него на уме. Вдруг зэки ему стуканули о нашем побеге, у чекистов волчья хватка.