Академонгородок. Роман в происшествиях

В открывшуюся дверь ворвался первый вечерний холодок. Следом, кряхтя, влез мужик в драном нагольном тулупе, лохматой шапке неопределенного покроя и каких-то совсем уж бесформенных валяных сапогах. За собой он тащил неподъемный мешок, сшитый вроде бы даже не из ткани, а из шкуры какого-то огромного, подозрительного на ископаемость зверя.

Мешок застрял в дверях и никак не хотел подниматься в салон вслед за хозяином. Мужик тихо ругался не по-русски. С шипением совершенно змеиным он высыпал сквозь зубы короткие злые слова.

– Кхараш сурухак! Настарап маштух! Удух сурухак! – повторял он, дергая мешок.

Первые же звуки этого голоса вывели Морока из дремы. Он поднялся с места, решительно отстранив корпусную бухгалтершу, подошел к двери, ухватился за мешок и рывком втянул его в салон.

– Чахорлук! Кобурнан пхом! – закричал старик, пытаясь отобрать мешок. Голос его стал похож на лай охрипшего пса. – Гах'м! Грахма акам!

– Шкеррах! – вдруг рявкнул Морок и, ухватив странного пассажира за отворот зипуна, притянул его вплотную к себе.

– Гулупек хартуф, – тихо проговорил он, оглянувшись на бухгалтершу. – По-русски говори, сволочь! Расточу!

Лицо старика вытянулось. Он пристально посмотрел в глаза Мороку, затем медленно согнулся в поклоне.

– Слушаюсь, господин!

– Ну ты еще в ноги упади! – зашипел Морок.

Он подхватил старика под руку, усадил его на заднее сидение, привалил сверху мешком, а сам сел рядом.

– Свояк мой, – улыбнулся он бухгалтерше. – Подгулял малость. У них в лесничестве получка сегодня…

– Вон что! – бухгалтерша тоже расплылась в улыбке.

– Ты откуда взялся такой? – тихо спросил Морок, навалившись на плечо «свояка». – Законов не знаешь? На Истинном – ни слова!

– Так я ить, ваше… – захрипел старик, – только что отрылся, не обсмотрелся еще.

– Кто таков?

– Из упырей мы. Пятого круга.

– Давно тут не был?

– Ох, давно! Еще при демонах закопали. Тогда тут город был, крепость на горе. Вот сейчас как раз будем проезжать недалеко от того места, где башня пыток стояла…

За окном все также мелькал частокол сосновых стволов.

– И не узнать теперь, – вздохнул старик. – Поросло.

– За что закопали? – спросил Морок.

– А ни за что. Про запас. Как война с оборотнями кончилась, так многих под грунт пустили. Чтоб дармоедов не плодить. Нашему брату, упырю, только покажи деревню. Через день-два полна будет упырей. А жрать чего? Вот и сэкономили кой-кого. Тут по старым подвалам уймища наших лежит.