Человеческая книга

Затем нажал на кнопку на часах, и вихрь снова подхватил меня, вернув в лабораторию. Тут я наконец перевёл дух. Мне удалось держать себя в руках и скрывать страх при контакте с объектом. Но я боялся. Очень боялся. И я понимал, насколько это глупо. Разве это не она полностью в моей власти?

Я отбросил пугающие воспоминания о недавнем контакте. Подошёл к панели «Переключения», нажал «Внешний вид» и снова поставил по умолчанию.

Объект поднимал упавшие шампуни в ванной. Пицца, которую я ей передал, уже лежала на столе рядом с остальными.

Я подождал десять минут. Затем, снова сделав глубокий вдох, чтобы успокоиться, нажал на кнопку переключения.

Вихрь. Я перед квартирой объекта. У меня запотели ладони. Физически это было невозможно в моём истинном обличье. Но, видимо, в человеческом мой страх преобразовался в этот пот. Интересное явление. Надо изучить.

Сосредоточившись и стараясь не бояться, я нажал на звонок. Нахмурил брови. Послышались шаги.

– Кто опять? – открыла дверь она раздражённо.

Изучила меня непонимающим взглядом. Я продолжал хмуриться.

– Здравствуйте. Я из квартиры 96.

Она вздрогнула, нахмурившись почти так же, как я.

– Я звонил доставщику насчёт пиццы, которую заказал. Он сказал, что уже отдал её какой-то брюнетке в полотенце. Это случайно не вы?

Она молча отошла куда-то, очевидно, на кухню, и вернулась уже с той самой пиццей. Протянула её мне и грубо всунула в руки. Затем собиралась закрыть дверь.

– Даже не извинитесь? – обаятельно улыбнулся я, как нас учили на уроках.

Она нахмурилась ещё больше, толкнула мою ногу и резко захлопнула дверь.

Я стоял, удивлённый и растерянный, прямо как человек.

Пер-АПА

Днём, часа в четыре по человеческим меркам, ко мне в лабораторию внезапно зашёл Вин де Ойл. Он не обратил внимания на то, каким я был растерянным и озадаченным. Я всё ещё ломал голову над тем, почему объект не сказал мне ни слова.

– Тебя зовут, – сообщил Вин де Ойл, и я внезапно понял, что и сам мой сосед какой-то озадаченный.

Я вышел из лаборатории, оглянувшись на объект. Она доедала сырную пиццу. Грибную она съела утром наполовину.

– Кто зовёт? – спросил я у Вин де Ойла.

– Пер-АПА.

Я удивился. Вин де Ойл недолго ждал от меня объяснений, потому что знал, что их не будет, так что почти тут же ушёл.

Я двинулся к лаборатории Пер-АПЫ. Мне стало тревожно.