Бастард императора

С последним утверждением Уильям мог поспорить, с приведением уймы доказательств обратного. По его мнению, действительно красивых нормальной мужской красотой мужчин среди знакомых ему аристократов практически не было. Или смазливые хлыщи, или аристократы, рожденные от близких родственников, у кого на лицах проступали те или иные признаки вырождения. А красавцы… Нет, настоящих красавцев вокруг Уильяма было очень мало.

Впрочем, прямо сейчас Уильяма мало интересовали красавчики. Все его мысли как обычно занимала юная, нежная, недоступная Виктория.

Ему следовало танцевать с ней на балу. Это входило в его обязанность. Местный шут, один из тех, кто всегда и везде развлекает знать, не дает ей заскучать, он и здесь обязан был сыграть свою роль. И сыграть на «отлично», не показывая обуревавших его пылких и страстных чувств, не давая заподозрить себя в привязанности к племяннице мага.

Пытка близостью – что может быть хуже? Никогда, с тех пор как понял, кем он является, Уильям не позволял себе влюбляться. Никогда еще чувства в нем не брали верх над разумом.

Но боги любят смеяться, жестоко шутить над своими созданиями. И теперь Уильям, одетый в камзол и штаны коричневого цвета, стоял перед зеркалом, смотрел на свое практически идеальное отражение и горько усмехался. Она скоро уедет отсюда, с мужем или без, нет разницы. А ему здесь жить. Удовлетворять раз за разом жадных до постельных игр баб и думать о ней. Постоянно думать. Сходить с ума из-за невозможности воссоединиться с ней.

Рука сама потянулась к туалетному столику, на котором, помимо косметических средств, находились и лечебные.

Уильяму необходимо было выпить успокоительное. Большую дозу. Обычно после этого он забывал о чувствах и не ощущал ничего: ни боли, ни веселья. Даже на унижения внимания не обращал. Вот только его партнерши в это время жаловались, что он словно бездушная кукла. И потому к такому средству Уильям старался прибегать крайне редко. Но сейчас у него не оставалось выбора – без успокоительного он просто не выдержит танец с Викторией. А ведь еще нужно было развлекать и ее, и других дам.

Развлекать и при этом не показывать своих истинных мыслей и чувств. Практически невыполнимая задача на сегодняшний вечер.

Уильям решительным жестом вытащил из стеклянного пузырька деревянную пробку и сделал несколько крупных глотков. Горькая жидкость быстро покатилась по пищеводу. Две-три минуты, не дольше, и можно выходить из спальни и идти в бальный зал – исполнять свою привычную роль.