Лизетта ищет мужа

Понятия не имею, конечно, как там во дворце покои обставлены, кто и когда там ремонт делал, а здесь… Комната прямо криком кричала о том, что ее владелица – близкая, а главное – любимая, родственница богатого и родовитого человека. Редкий на континенте тарийский дуб, ввозимый иногда с риском для жизни из опасных Нордийских земель, использовался для создания мебели. Поговаривали, что этот дуб обладает защитными антимагическими свойствами, за что его так и любят аристократы.

Ковры и гобелены на полу и стенах явно ткались с теми же целями – в них даже я, полный нуб в магии, могла увидеть защитные нити из горского серебра, такого же редкого, как и тот дуб.

Серебро добывалось в Зелских горах, у гномов, и покупалось втридорога как раз для обережных целей. И могли его позволить себе только самые богатые аристократы этого мира.

Зеркало в углу комнаты, обрамленное в тяжелую золотую оправу, как по мне, могло быть легко использовано для портальных переходов – настолько тонким было покрытие.

В общем, все, что находилось в комнате, стоило просто огромных, немыслимых для меня-землянки, денег.

Я подошла к широкой кровати, размерами с половину этой комнаты, уселась на темно-синее покрывало, тоже, небось, вытканное вручную, тяжело вздохнула. Итак, меня все же собираются выдать замуж, как можно быстрей, за кого-то из верхушки аристократов. При этом какой-то идиот заявил во сне, что я – его жена, непонятно только, настоящая или будущая. А если вспомнить о влюбленности Лизетты, вообще весело получается.

И вокруг, блин, сплошные охотники за моим приданым. Никому несчастная Лизетта не нужна как личность.

– Чтоб вас всех, – проворчала я, потягиваясь. – Вот где в таких условиях брать нормального мужика?

Пространство хихикнуло, как мне показалось, мужским голосом. Так… Привет, галюники. Дожилась, Лизонька.

– Зачем тебе, девка, нормальный мужик? – послышался чей-то голос, действительно мужской. И буквально через мгновение передо мной появился невысокий мужичок с длинной седой бородой.

Черные глазки-бусинки, нос картошкой, нечесаные вихры, одежда, похожая на ту, в которой ходили на Земле крестьяне пару сотен лет назад. Дядя, ты кто? И как оказался в моей спальне? Я тебя явно не звала.

– Мне он не нужен, – обалдело ответила я. – Но замуж хотелось бы за нормального, а не за абы кого. А ты кто, глюк?

– Сама ты глюк, – не обиделся он. – А я – домовой.

А, всего-то. Угу, ясно.