Суженая для дракона

С этой устаревшей, не справлявшейся с постоянным напряжением моделью однозначно следовало что-то решать, иначе заклинит его в самый неподходящий момент, в сексе, например, и что делать Вике?!

Впереди, за порогом, раздался негромкий смешок, помешавший сосредоточиться на решении этого важного вопроса. Вика перевела глаза в нужную сторону. В коридоре, сразу за широкой, многое закрывавшей спиной мужа стоял, внимательно наблюдая за устроенным представлением, мужчина, как две капли воды похожий на ее супруга, только немного постарше его.

– Вы, должно быть, мой свекор, – приветливо улыбнулась Вика. – Я – Вика.

– Альберт.

– Он у вас всегда такой заторможенный? – Вика скосила глаза на мужа.

Тот зарычал, сначала тихо, потом все громче.

– Не порть мне показ мод, милый, – Вика невинно похлопала ресничками и наконец-то отстранилась. – Я первый раз устраиваю подобное мероприятие, надеюсь, оно запомнится всем, и надолго.

– О, в этом я не сомневаюсь, – свекор внимательно посмотрел на стоявшего у стены молчаливого Аорона, видимо, узнал его и уточнил у Вики.

 – Вы – дочь Ангелы, богини любви?

Вика кивнула. Дочь, да. Богини. Любви. А знала бы заранее, чья она дочь, так сбежала бы куда-нибудь в Америку. И фиг ее нашли бы там что мать, что отец. Предатели.

– Здесь не бордель, – отмер внезапно супруг. Хорошо хоть не орал. – Что ты тут устроила?!

«Еще и тугодум», – тяжело вздохнула про себя Вика.

– Показ. Мод, – повторила она и повернулась к подиуму, – как раз последняя модель прошла.

Завтра вашим придворным будет, что обсудить. Извините, мне пора, – и Вика сбежала прежде, чем ее благоверный стал умничать и орать.

Она не сомневалась, что успела вывести его из себя. А значит, дело было сделано.

Глава 15

Эдуард прекрасно осознавал, что им с женой после всего произошедшего просто необходимо было поговорить. Правда, он слабо себе представлял, что именно скажет, в какую сторону повернет беседа и к чему в конечном итоге приведет.

Но, как любил говаривать Артуа: «Главное – впрячься в повозку, поедет она уже потом».

И Эдуард «впрягся». Сразу после «показа мод» он, едва пришел в себя от увиденного, заперся в своей комнате, тщательно вымылся, переоделся в парадный костюм – белоснежную рубашку, черные штаны, темно-синий камзол и такого же цвета туфли – и решительно направился супруге.

Она, как и следовало ожидать, находилась в выделенной ей комнате, на этот раз одна.