Дикарка Жасмин

– Они муж и жена, – провозгласил имам и взглянул на собравшихся. – Воздадим должное Ямал Дарья-хану и его супруге. Ура! – Гости со стороны и мужа, и жены громко отозвались на призыв священника. Затем мать и другие женщины проводили невесту к праздничному столу, а Акбар повел жениха и мужчин к другому.

– Я так рада за тебя, дитя мое, – поздравила Ясаман Иодх Баи, как всегда грациозная и очаровательная в своем красном сари.

– Тетя, ты так молодо выглядишь, что самой впору в невесты, – ответила девушка.

 – Благодарю тебя за поздравления.

От комплимента Иодх Баи вся засветилась.

– Милый молодой человек, – похвалила блистательная в оранжевом с золотом Салима Бегум. – Похоже, он может доставить женщине много наслаждения. Ты прочитала Ночную книгу, но картинки тебе ничего не скажут до тех пор, пока страстный молодой мужчина не полюбит тебя. Помню твоего отца, когда он был в соку! О, что за мужчина он был в молодости! Желаю тебе такого же наслаждения!

– Ты хорошо устроила дочь Кандры, – заметила Ругайе Зада Бегум.

Обычно маленькая, как мышка, женщина сегодня выглядела элегантно в пурпурно-золотом наряде. – Очень хорошо. Она станет кашмирской королевой.

– Я хорошо устроила свою дочь, – холодно ответила Ругайя Бегум.

– Ой! – Зада Бегум застенчиво вспыхнула. – Конечно! Я сказала бестактность. Прости меня, пожалуйста!

Ругайя Бегум сдержанно кивнула, и Зада поспешила отойти к противоположному концу стола.

– Она всегда была глупа, – успокоила Ругайю Салима Бегум.

 – Но обидеть никого не хочет.

– Тебе виднее: она ведь твоя подруга, – едко ответила Ругайя.

– Когда речь идет о девочке, ты становишься колючей, как розовый куст, – усмехнулась Салима Бегум. – Но это ни к чему. Ты ее мать. Единственная мать, которую она помнит. И изменить этого никто не сможет. Ясаман любит тебя больше всех. Правда ведь, дитя мое?

– Да, тетя. – Ясаман обвила шею Ругайи Бегум рукой и нежно ее поцеловала.

Было подано грандиозное свадебное угощение.

Сначала пили прохладный лимонный шербет для аппетита. На столах появился белый хлеб с глазурью из желтка и буханки медового хлеба, сдобренного маковым зерном, хрустящие румалийские лепешки толщиной с шелковый платок, выпекаемые лишь по особым случаям, чаши с маринадами из трав, моркови, гороха, бобов и съедобных семян.

Рохана была права: приготовили несколько видов риса – шафрановый, окрашенный в королевский пурпур, зеленого цвета и девственно-белый.