Колдунья из Бельмаира

 – Я спросил об этом, потому что если Синния невинна, то ей потребуется больше нежности и заботы, чем девушке, познавшей таинство любви. Но понимает ли она различие между мужчиной и женщиной? Знает ли она, что ее ожидает?

– Да, она прекрасно все понимает, – ответила Нидхуг. – Я сама учила ее премудростям любви по книгам. Так что теоретически Синния обо всем знает. Но, как ты понимаешь, у нее нет никакого практического опыта. – Дракониха улыбнулась. – Честно говоря, я завидую своей ученице. Твой отец редко бывал в Бельмаире, но успел приобрести славу пылкого и страстного любовника.

Думаю, что сын Калига и лесной феи – отличный любовник.

– Я бы хотел, чтобы ради Синнии вы стали невидимыми, раз уж нельзя обойтись без вашего присутствия, – попросил Диллон Нидхуг и Калига. – Однажды мне уже приходилось заниматься любовью при свидетелях. Мы с этой женщиной были в замке моего отца, и на нас смотрели его братья и их жены. Но у Синнии сегодня будет первая брачная ночь, и я бы хотел, чтобы ее ничто не смущало.

– Надеюсь, ты так же безжалостен к своим врагам, как нежен к своей жене, – пробормотала дракониха.

Она скорее отвечала себе и не ожидала, что Диллон обратит внимание на ее слова. Но к ее удивлению, он ей ответил.

– Да, это именно так, – согласился он.

В комнату вошла служанка и обратилась к Диллону:

– Ваше величество, моя госпожа ждет вас.

Поднявшись из-за стола, Диллон последовал за служанкой. Она провела его по ярко освещенному коридору, в конце которого он увидел массивную дубовую дверь.

Когда они к ней приблизились, служанка молча указала на нее и удалилась. На двери не было ручки, Диллон, приложив к ней ладонь, мысленно приказав открыться. Дверь не поддавалась. «Интересно», – подумал Диллон. Но замешательство его длилось недолго. Он понял, что должен сказать, и улыбнулся.

– Отворись перед королем Диллоном. И в будущем всегда открывайся, заслышав мои шаги, – приказал он.

Дверь тут же открылась, и Диллон вошел. Комната, в которой он оказался, была круглой, с каменным полом и стеклянным потолком.

За исключением огромной дубовой кровати под роскошным красно-золотым пологом, здесь не было никакой мебели. Спинки кровати были украшены резным рисунком из виноградных лоз. На подушках, которые грудой громоздились на покрывале, были вышиты олени, бегущие по лесу за оленихами. В пологе было отверстие, чтобы супруги могли любоваться звездным небом сквозь стеклянный потолок.

– Чего же ты ждешь? – спросила его Синния.