Коварство и любовь

 – Сегодня холодно. Так лучше?

– Намного лучше, мадам, – улыбнулась в ответ Нисса.

– Принесите принцессе стул, – громко приказала Кэт Говард, и требуемое было немедленно исполнено.

Анна Клевская села поближе к жаровне, протягивая руки к теплу, и тяжело вздохнула.

– Ганс! Где ты?

Паж поспешно выступил вперед и поклонился.

– Я здесь, мадам, – ответил он на родном языке.

– Держись рядом, Ганс. Нисса – очень услужливая девушка, благослови ее Господь. Но она не так хорошо владеет нашим языком, как ей бы хотелось.

Ты мне понадобишься. Где король?

– Сейчас как раз выехал из Гринвича, мадам.

Юный виконт Уиндхем встал возле сестры.

– Ты хорошо с ней ладишь, правда? – спросил он. – Но она не очень похожа на свой портрет, согласна? Я слышал, король в ярости!

– Значит, ему недостает ума, братец, – резко отрезала Нисса. – Леди Анна – очаровательная, и у нее есть чувство собственного достоинства. Из нее выйдет прекрасная королева, если, конечно, наш король и повелитель вспомнит, что ему уже под пятьдесят и что сам он не такой уж завидный жених.

Он должен дать ей шанс! Он найдет в ней доброго друга. И она станет хорошей матерью.

– Бога ради, сестрица, никому не говори того, что сейчас сказала мне, – вполголоса сказал юный виконт Уиндхем. – Если это еще не предательство, то недалеко от него. Однако, – с лукавой улыбкой добавил он, – голову тебе вряд ли отрубят, просто отошлют домой с позором. И кто тогда захочет на тебе жениться, леди Нисса?

– Я выйду замуж только по любви, Филипп!

– А я слишком молод, чтобы влюбляться, – сказал он, – и слава богу! Мастер Калпепер, который приходится кузеном госпоже Говард, сходит по ней с ума.

Когда король примерял свадебный наряд, он предложил Калпеперу отрез бархата на камзол. И, как мне говорили, он стал умолять короля подарить ему еще один, чтобы он мог передарить его госпоже Говард. То платье, которое на ней сегодня, как раз сшито из того бархата. Дурень мог бы приберечь второй отрез и сшить себе еще один камзол, ведь он беден, как церковная мышь. Такова любовь. Вот глупость-то!

– А я думаю, что это очень романтично, – с улыбкой возразила Нисса, и в этот момент принцесса произнесла имя их младшего брата. Появился Джайлз и поднес госпоже кубок горячего вина, приправленного пряностями. – Кажется, ей очень нравится Джайлз, – заметила Нисса.

– Да, – согласился Филипп. – Малец, кажется, прирожденный придворный.