Нежная осада

Чудесный молодой человек! Нашему сыну Чарльзу Стюарту дарован титул герцога Ланди.

– Вы родили бастарда! – воскликнула бледная от негодования Джейн Деверс.

– Мадам?! – прогремел ее муж, стыдясь за жену.

– Стюарты всегда были большими поклонниками женщин, не так ли, Джемми? – весело спросила Жасмин. – Кроме того, ни один отпрыск королевской семьи никогда не считался изгоем, и его не бросали на произвол судьбы. Король обожает своего племянника, леди Джейн. Чарли был едва ли не с колыбели принят при дворе, и все семейство считает его родным.

Его дед был так рад рождению внука, что пообещал сделать моего деда, графа де Мариско, герцогом, с тем чтобы Чарли унаследовал его поместье. И сдержал слово. А, вот и Адали! Леди Джейн, сэр Шейн, отведайте вина из французских владений семьи де Мариско.

Глаза Уильяма весело блеснули. Он искренне надеялся, что его будущая жена похожа на свою острую на язык мамашу, и едва не рассмеялся, когда его мать, забыв о хороших манерах, схватила серебряный кубок и выпила едва не половину вина еще до того, как был предложен тост.

Всю жизнь он пытался вывести ее из себя, поколебать хваленое самообладание, но так и не сумел. Это не удавалось даже старшему брату: мать, раздраженная его поведением, никогда этого не показывала. Восхитительно, что будущая теща оказалась столь грозным противником.

– За детей! – провозгласила Жасмин, поднимая кубок. – Будем надеяться, что этот брак из тех, что совершаются на небесах.

– За детей! – отозвались сэр Шейн и герцог. Джейн промолчала, неожиданно для самой себя потеряв уверенность в том, что хочет видеть своей невесткой леди Фортейн Линдли.

У ее брата миленькая дочь, Эмили Энн Эллиот. Вот кто будет идеальной женой для Уильяма! Слава Богу, что еще ничего не решено! Еще есть время уберечь дорогого мальчика от этого ужасного мезальянса. Никакие деньги в мире не смогут возместить позор невестки, чья мать бесстыдно, напоказ всему свету валялась в постели с любовником и произвела бастарда!

Но тут Джейн ахнула, схватившись за сердце, при виде священника, входившего в зал вместе с преподобным Стином.

– Кузен! – обрадовалась Жасмин. – Выпей с нами вина! И вы тоже, Сэмюел Стин. Адали, еще два кубка.

– Кузен?! Шейн! Она назвала паписта кузеном! – лихорадочно шептала Джейн мужу. – Если она протестантка, откуда у нее родственники-католики?

– Я был католиком, прежде чем женился на тебе, дорогая, – напомнил сэр Шейн. – Во многих англо-ирландских семьях есть и католики, и протестанты.