Любовь воительницы

А как он сможет успешно управлять Пальмирой, если дома у него будут раздоры? Если такое случится, он сначала встревожится, а затем станет сердиться на меня. Нет, я должна взять верх и над его матерью, и над Делицией. – Зенобия лукаво улыбнулась. – Не волнуйся, Баб, я очень хорошо понимаю, что тут происходит. А сейчас… Знаешь, мне ужасно хочется искупаться. Наверняка такое простое удовольствие доступно в этом чудесном месте.

– Конечно, дитя! Для тебя уже все готово. Идем быстрее!

Баб взяла хозяйку за руку и повела в выложенную плиткой купальню, где гиацинтовый аромат духов Зенобии уже наполнял воздух, а черные девушки-рабыни ожидали почетную гостью.

Взглянув на огромный бассейн, Зенобия радостно улыбнулась и, скинув одежду, шагнула в прохладную воду. Ее округлые груди и длинные ноги были тотчас же отмечены двумя шпионками, которых подослала Аль-Зена.

Когда она искупалась, Баб закутала ее в мягкий хлопковый халат, а затем девушка прилегла, чтобы отдохнуть перед вечерней трапезой, – напряженная подготовка к поездке немного утомила ее, и кроме того, она нервничала: ведь сегодня вечером ей снова предстояло встретиться с Аль-Зеной и, возможно, с Делицией, красивой наложницей Одената.

Но все же, несмотря на все свои опасения, Зенобия уснула крепким сном невинной юности.

Проснувшись, она никого рядом не увидела. Немного помедлив, встала и вышла из комнаты в открытый портик. Внизу раскинулся большой сад, окруженный стеной, а за стеной расстилалась прекрасная Пальмира.

Синие сумерки быстро переходили в черную ночь, уже горели фонари, и легкий ветерок приносил ароматы всевозможных цветов. Зенобия улыбнулась и расслабилась. Для нее совершенно очевидно: что бы ни произошло сегодня вечером, она не утратит власти над собой и над событиями.

– Ты уже проснулась? – послышался голос служанки.

Зенобия вернулась в комнату.

– Да, Баб.

– Надо было позвать меня, – проворчала старушка.

– Я хотела немного побыть одна.

Баб иронически хмыкнула и сказала:

– Что ж, а теперь одевайся.

Безрукавная белая туника Зенобии с низким вырезом смотрелась очень просто, и девушка улыбнулась про себя. Невинностью своего наряда она как бы подчеркнет разницу между собой и матерью Одената.

– Волосы надо оставить распущенными, – пробормотала Баб.

Расчесав длинные густые пряди хозяйки, она скрепила их белой лентой, расшитой крохотными жемчужинками.