Снова любить

Он отмечается первого мая, хозяин. Других весенних праздников нет.

– Сколько совпадений! – Квинт Друзас мимолетно улыбнулся. – Я женился первого июня. Наш сын родился первого марта. Теперь первого мая я окажусь на пороге моей судьбы. Я начинаю верить, что единица – мое счастливое число. – Он посмотрел на двух галлов. – Я затемню на время светильник. Выходите через сад и ведите себя осмотрительно. Оба! Вы можете легко проникнуть в дом, когда дядя и его семья будут гостить у нас. Если не сумеете, управляющий отправит вас на поля.

Утром Квинт Друзас отправил послания своему тестю в Кориниум с просьбой приехать и дяде Гаю, приглашая всю его семью на день объявления имени нового Друзаса и очищения.

До прибытия на празднование Гай Друзас Кориниум и его семья не знали о смерти двух старших сыновей Антонии.

– О, дорогая, – сказала Кайна, целуя молодую женщину, – я ужасно огорчена. Почему ты не обратилась ко мне? Моя мать и я приехали бы. Кейлин тоже. Женщине так тяжело оставаться наедине с собой во время такого несчастья.

– В этом не было нужды, – тихо произнесла Антония. – Мои малыши теперь с богами. Квинт уверил меня в этом. Я ничего не могу сделать для них. Я должна думать о младенце. Квинт не хочет, чтобы его кормила рабыня. Я не могу истощать себя, иначе у меня пропадет молоко. Это очень не понравилось бы Квинту, а он так добр ко мне.

– Он околдовал ее, – сказала Кейлин с отвращением.

– Она влюблена в него, – ответила Кайна.

– Я думаю, кому-то очень выгодно, что оба сына Секстуса Сципио исчезли, – тихо заметила Кейлин.

Кайну поразили эти слова:

– Кейлин! Что ты говоришь? Неужели ты обвиняешь Квинта Друзаса в таком противоестественном поступке? Он любил этих маленьких мальчиков и был хорошим отчимом для них обоих.

– Я никого ни в чем не обвиняю, мама! – отрезала Кейлин. – Я просто заметила, что отсутствие малышей Антонии выгодно. Ты должна признать, Квинта очень устраивает, что остался только его ребенок, который однажды унаследует все им приобретенное.

– Почему, когда ты говоришь о Квинте, – спросила Кайна, – у тебя всегда такие мрачные мысли, Кейлин?

Девушка покачала головой.

– Не знаю, – честно призналась она. – Мой внутренний голос предостерегает меня, он шепчет мне о какой-то опасности, еще не знаю какой. Я думала, что после его женитьбы на Антонии этот голос замолчит, но нет, с каждым разом он становится еще громче в присутствии Квинта.