Все радости – завтра

Сердце ее начало учащенно биться от ужасных воспоминаний.

– Но, монсеньор, надеюсь, вы не собираетесь любить меня по-гречески?

– Откуда вам известно, что это такое? – возмутился он, сильно схватив ее за руки. Она подумала, что утром обязательно появятся синяки. – Что за женщину послали мне англичане? Порядочная женщина ничего не знает о таких извращениях! Отвечайте мне, мадам! – Его черные глаза горели от ярости.

– Мой первый муж, – заплакала она, стараясь ослабить его хватку, – любил унижать меня, делая… делая это.

– И вам не нравилось это? – Он пристально смотрел на нее.

– Это отвратительно, – искренне ответила она.

Он ослабил хватку.

– Так оно и есть, ибо Господь запретил этот порок. Не опасайтесь, что я подвергну вас этому. Однако вы должны доверять и подчиниться мне, мадам, когда я приказываю вам лечь на постель лицом вниз, ибо я ваш господин перед Богом и людьми.

Скай была в недоумении. Он не предавался любимому пороку Дома О’Флахерти и все же приказывал ей лечь лицом вниз.

– Передвиньтесь в центр, мадам, – последовал приказ. Она подчинилась.

Он взял ее левую руку, и она почувствовала, как он что-то надел на нее, мягкое, но крепкое. Когда она повернула голову, чтобы посмотреть, он схватил ее правую руку и привязал таким же образом к резной стойке кровати шелковой веревкой.

Скай открыла рот от изумления, но на этот раз она была в шоке.

– Монсеньор! – воскликнула она. – Что вы делаете? – Ей снова стало страшно. Она стремилась не поддаваться страху, успокоиться. Однако его действия не давали оснований для успокоения.

Теперь он раздвинул ее ноги и привязал их к другим столбикам стойки.

– Я привязываю вас к кровати, мадам. Я думал, это очевидно для вас. – Он закончил свои манипуляции и, подойдя к ее голове, вытянул из-под нее подушки. Затем, приподняв ее рукой, он подсунул подушки под живот, так что ее ягодицы выпятились вверх.

– Но зачем вы делаете это?! – Она была на грани истерики. О небо, что за извращение приготовил он ей, совершенно беззащитной? Если он убьет ее, что будет с ее детьми?

– Затем, – сказал он, тщательно заворачивая ее шелковую рубашку, обнажая ягодицы и ноги, – что я собираюсь наказать вас.

– Что?! – взвизгнула она. Он просто сумасшедший!

– Я собираюсь наказать вас, – спокойно повторил он.