Все радости – завтра

– Да, – в тоне Елизаветы зазвучали остерегающие нотки, – я во многом похожа на моего отца. – Она снова улыбнулась. – Вам будет приятно узнать, Скай, что я подтвердила право на наследство вашего сына и назначила его двоюродного деда, епископа Коннотского, его опекуном в ваше отсутствие. – Она понизила голос: – Не опасайтесь, милая Скай. Англичане и англоирландцы в Дублине предупреждены, что малейшее поползновение с их стороны будет рассматриваться мной как личное оскорбление. Что же касается ваших диких ирландских соседей, то с ними придется разбираться вашему дяде.

– Благодарю вас, ваше величество, – ответила Скай. – Я признательна вам, и я исполню свою часть договора.

– Как мы все завидуем герцогу, – пробормотал лорд Дадли. – Могу поручиться, что леди Бурк действительно знает, как нужно ублажить мужчину.

– И как это получается, лорд Дадли, – ласковым тоном спросила Скай, – что ваша храбрость проявляется исключительно в те моменты, когда вы окружены придворными? И так как вы никогда не доставляли мне удовольствия, не могу понять, откуда вам знать, могу ли я доставить удовольствие мужчине?

Руки Робби и Адама легли на рукояти их мечей.

Но у них не было нужды в защите Скай: в этот раз ее слова поразили Дадли гораздо сильнее, чем это могли бы сделать мечи. Пока королева и придворные хихикали, наблюдая за унижением напыщенного графа Лестерского, Скай добавила своим медовым голосом:

– Вашему величеству уже знакомы мои сыновья, Мурроу О’Флахерти и Робби Саутвуд.

Но я хотела бы, чтобы моя дочь Виллоу также могла поприветствовать ваше величество.

Елизавета Тюдор бросила одобрительный взгляд на Виллоу, действительно восхитительную в ее винного цвета шелковом платье. Виллоу изящно присела в реверансе, что вызвало еще большее одобрение у королевы.

– Сколько тебе лет, дитя мое? – спросила она.

– Мне только что исполнилось девять, ваше величество, – ответила Виллоу.

– Что ты изучаешь? Ты учишься?

– Да, мадам, я учу французский, латынь и греческий, а еще математику, музыку и философию.

Мама говорит, что я должна начать изучать еще и испанский, и итальянский в этом году. В будущем мне придется управлять большим имением.

Королева была довольна таким ответом: будь у нее самой дочь такого возраста, она не могла бы придумать лучшего расписания.

– Умеешь ли ты танцевать? – спросила она Виллоу.

– Да, мадам. Танцмейстер приходит в восемь утра четырежды в неделю.