Скай О`Малли

Родственники всполошились, узнав, что одна из О’Малли выходит замуж за Найла Бурка, но сама Скай оставалась спокойна.

– Должно быть, ты изо льда, – заметила сестра Пегги. – Ведь ты всю жизнь о нем мечтала. А ведь его слава дамского угодника нормальную женщину доведет до обморока. Тебе всегда нравились его любовные похождения. Они тебя возбуждали и наконец заставили выйти за него замуж.

– Я пока еще не замужем, Пегги, и, боюсь, слишком рано радоваться. Может быть, это всего лишь сон. Если я останусь спокойной и скромной, то не привлеку к себе внимания духов, которые могут позавидовать моему счастью и разрушить его.

– Боже, сестричка! Это совсем не по-христиански, говорить такую ерунду. Слава Создателю, что дела клана ты ведешь разумно.

Скай кивнула, но ничего не ответила. Она хорошо знала, что и здесь, в сердце христианской Ирландии, каждый вечер за порог выставляют маленькому народцу еду и питье; сохранение невинности дев, отмеченных святостью, поручалось древнему кельтскому демону, материализующемуся, когда их чести грозила опасность.

И перед каждым плаванием она с матросами молилась Маннанану Маклиру, старому ирландскому богу моря, умоляя его о благополучном возвращении.

Прошло почти восемнадцать месяцев с тех пор, как она видела Найла. Она немного побаивалась, ведь ни один мужчина за эти месяцы не добивался ее. Отвращение к прикосновениям немного прошло, и Мэг могла уже ее купать и одевать.

Как будто издалека почувствовав ее страхи, Найл Бурк нежданно приехал на остров Иннисфана.

Скай он нашел в розарии матери, срезающей увядшие цветы. Она была одета на ирландский манер – в красной юбке из легкой шерсти, без чулок, босая. Блузка из тонкого снежно-белого полотна, с короткими рукавами и глубоким вырезом, не скрывала грудь. Иссиня-черные волосы свободно падали на плечи и трепетали на легком ветру. Скай несла широкую, почти плоскую корзину, наполовину заполненную розами, и рядом с ней вышагивал огромный пес Инис.

Она была еще прелестнее, чем он ее помнил, и сердце Найла забилось чаще от мысли, что эта женщина согласилась стать его женой.

Невинная девочка пятнадцати лет стерлась из его памяти, теперь его кровь горячило это очаровательное девятнадцатилетнее существо. Его глаза радовал румянец ее щек, черные ресницы на белой коже, грациозные движения стройного тела.

Наконец он вышел из-за дерева – огромный волкодав замер, шерсть на его холке поднялась, он предупреждающе заворчал.

– Я рад, что ты под такой надежной охраной, Скай.