Скай О`Малли

Густые иссиня-черные волосы в беспорядке разбросаны по плечам.

Халид эль Бей, вышедший из дома в сад, молча наблюдал за женщиной. Это был высокий мужчина средних лет, темные волосы только начинали седеть на висках. Кожа слегка золотилась, короткая черная борода, сияющие угольно-черные глаза, необыкновенно длинные для мужчины, красивые ресницы – весь его облик дышал достоинством и красотой. Он был не тучен, его тренированное тело бугрилось мускулами. Лицо имело форму овала, глаза широко расставлены, длинный нос по-аристократически прям, губы тонки, но чувственны.

Глядя на миловидную женщину, Халид эль Бей понимал: инстинкт его не обманул. Она и в самом деле очень красива, хотя два месяца назад это трудно было определить. Но Халид эль Бей под слоем грязи разглядел жемчужину и купил ее, несмотря на возражения Ясмин.

Она поправлялась медленно. В первую неделю эль Бей сам вливал ей между губ целительный куриный бульон. Она почувствовала его доброту и заговорила с ним с первым.

– Кто вы?

– Меня зовут Халид эль Бей.

– Где я?

– В моем доме в городе Алжире.

Она снова замолчала, но через мгновение вновь решилась задать вопрос:

– Как я попала сюда?

– Тебя привез капитан Райз эль Абдул. Скажи, красавица, как тебя зовут?

– Скай, – ответила она.

– Откуда ты?

Ее огромные, точно сапфиры, голубые глаза наполнились слезами.

– Не знаю, – всхлипнула она. – Спросите у капитана Райза эль Абдула. Он должен знать.

Халид эль Бей покачал головой:

– Нет, тебя перенесли к нему с другого корабля.

Он только что вышел в плавание, а эль Абдул возвращался домой, и его окликнули с палубы. – И, заметив страх на ее лице, успокоил: – Не надо бояться, красавица Скай. Я уверен, вскоре память вернется к тебе. Ты – из Европы: мы ведь говорим по-французски, хотя твой акцент говорит о том, что ты не француженка. А сейчас отдохни. У нас еще будет время поговорить с тобой.

Но память к ней до сих пор не возвращалась. Мавританский врач внимательно ее осмотрел и нашел, что ей от восемнадцати до двадцати лет, что она не девственница и, вероятно, родила больше одного ребенка.

Она не больна, зубы ее оказались целыми. Поскольку врач не нашел никаких повреждений, он заключил, что потеря памяти вызвана сильнейшим потрясением, о котором мозг старается не вспоминать.

Прекрасные глаза, которые в зависимости от настроения изменяли цвет от небесно-голубых до зеленоватых, открылись и посмотрели на него.

– Господин Халид.

Он улыбнулся.