Новая любовь Розамунды

Во взгляде его зеленых глазах читалась чистая и нежная любовь.

– Помолчи, любимая, и позволь мне снова насладиться нашей близостью, – шепотом проговорил он и вновь прильнул поцелуем к ее губам.

– Да! – выдохнула она, с обожанием глядя на своего шотландца.

Они вновь отдались страсти. Его копье легко скользило в тугих и упругих ножнах. Ее тело выгнулось ему навстречу. Он ударял снова и снова, пока их обоих не подхватил на свои крылья ослепительный волшебный вихрь.

– Я умираю! – выдохнула Розамунда, содрогаясь от острой до боли вспышки блаженства, порожденной его сильным и глубоким рывком.

Оба рухнули на кровать, совершенно обессиленные, обливаясь жарким потом.

– Ты самая невероятная женщина на свете, – прошептал Патрик. Его голова покоилась на молочно-белой груди Розамунды.

– А ты просто потрясающий мужчина, мой дорогой граф. Ты сказал, что прожил уже полвека, а занимаешься любовью со страстью юноши, – с восторгом произнесла Розамунда. Он хмыкнул.

– Только юноши хвастаются своей неутомимостью и готовы загнать себя до смерти, чтобы поддержать этот миф, – слегка улыбнувшись, заметил Патрик.

 – В мои годы мужчины уже знают пределы своих возможностей, хотя сегодня я удивил даже самого себя, любовь моя. Но это скорее всего твоя заслуга. Ты меня вдохновила.

– Тогда советую тебе унять свой пыл, милорд, потому что скоро тебе придется проводить меня к себе в комнату. Я совсем не соображаю, где сейчас нахожусь, – со смехом призналась Розамунда.

– Ты находишься в моих объятиях, где тебе и полагается быть, и я непременно провожу тебя до твоей комнаты, – пообещал Патрик.

 – Но прежде давай немного отдохнем, Розамунда.

Она согласно кивнула и закрыла глаза, чувствуя себя спокойной и довольной впервые за много месяцев. Вот что значит быть по-настоящему любимой! Если бы только остальные понимали, какое это счастье!

Они немного вздремнули, не размыкая объятий и наслаждаясь близостью друг друга. Наконец граф осторожно поднялся и оделся, а затем передал Розамунде ее одежду.

Когда она привела себя в порядок, граф вывел ее из своей каморки в темные переходы замка. Через несколько минут они уже были у дверей ее комнаты. Жадно поцеловав Розамунду, граф повернулся и вскоре исчез, растворившись во тьме коридора.

Розамунда неслышно проскользнула в свою комнату. Энни дремала в кресле у потухшего очага. Она сразу проснулась, как только услышала шаги хозяйки.

– Я рада, что ты не беспокоилась, – сказала ей Розамунда.