Поместье Лок-Даун

Торговка она и есть торговка. Что с нее возьмешь?

– Белла, – твердо произнес Фергюс, – она вправе расстраиваться. Ее свадьба откладывается, и…

– Откладывается?! – вскричала Ева.

– А что тебя так удивляет?! – вспылила Белла. – У нас в доме траур. Если ты не заметила, все одеты в черное.

Преподобный Малькольм невольно глянул на Ангуса и Хью. Те оба сидели за столом в белых теннисках.

Нельзя, чтобы семья ссорилась перед викарием, подумала Констанция. Он не умеет держать язык за зубами. К вечеру об этом будет судачить весь городок.

– Леди, прошу вас, не забывайте, что у нас гость.

Ева с силой швырнула салфетку на стол, так что Фергюс вздрогнул.

– Белла, мы, между прочим, уже заказали пригласительные открытки. О нашей свадьбе писали газеты. Как все это будет выглядеть, если свадьбу отложить?! – Ева почти кричала.

– Это будет выглядеть прилично и респектабельно, чего не скажешь о твоем поведении!

Вся комната охнула.

– Леди, прошу вас! – спокойным, но громким голосом осадила их Констанция, выставив перед собой руки.

 – Как хозяйка этого дома, я требую… – Изложить свое требование она не успела, так как Белла и Ева вскочили на ноги.

– Констанция, ты не смеешь ничего требовать, – в ярости прошипела Белла. – Ты – не хозяйка этого дома.

– Отныне – хозяйка, – парировала Констанция. Она перевела дух, намереваясь продолжить, но Ева выбежала из столовой, хлопнув за собой дверью. Все ошеломленно застыли.

Видимо, перепалка и последовавшая затем внезапная тишина заставили леди Инверкиллен очнуться от своих грез.

– Давайте есть пудинг? – мягко предложила она, жестом веля Хадсону убирать со стола грязные тарелки.

Спустя шесть дней состоялись похороны. Из городка мало кто пришел проводить лорда Инверкиллена в последний путь, но несколько титулованных особ явились на погребение, из уважения к аристократии. Желтые розы вызвали всеобщее восхищение.

После церковной службы в Лок-Даун стали прибывать другие лорды и леди.

Миссис Макбейн забеспокоилась: заметит ли кто-нибудь, что часть лакеев отсутствует? Из-за проклятой болезни их число уменьшилось с восьми до пяти, и ей пришлось подключить к обслуживанию гостей горничных. «Мы бы справились, – думала экономка, – если б это сборище меньше увлекалось спиртным». Словно здесь не поминки, а торжественный прием. У них едва хватало рук, чтобы подавать блюда с напитками и убирать грязную посуду, а тем более ее мыть.