Квартира на двоих

Ох черт! Половина девятого. Если не выйду прямо сейчас, опоздаю, а этого допустить никак нельзя – если мы намерены жить по сменному графику, надо продемонстрировать Леону, что я хотя бы понимаю, что показывают часы.

– Очки? – спрашиваю я.

– Очки, – кивает Рейчел и протягивает их мне.

Хватаю сумочку и бегу к двери.

Колеса электрички стучат по туннелям Северной линии. Замечаю в оконном стекле свое отражение и перестаю сутулиться. Выгляжу я хорошо. Мутное, исцарапанное стекло тут на руку – вроде фильтра в «Инстаграм».

Я в своем любимом наряде, чистые волосы горят медью, и, хотя всю подводку я, вероятно, уже проплакала, помада в порядке.

Вот она я. И я справлюсь. Отлично справлюсь сама.

Такое настроение держится до Стоквелла. У выхода со станции какой-то мужик орет из машины: «Убери свою задницу!» – и этого внезапного хамства достаточно, чтобы с размаху швырнуть меня в прежнюю Тиффи – с дерьмовой жизнью и разбитым сердцем. Расстраиваюсь настолько, что даже не указываю ему на анатомические сложности, которые возникли бы, попытайся я выполнить его просьбу.

Минут через пять подхожу к нужному дому. Думая о том, что вот-вот обрету новое жилище, тщательно вытираю слезы и осматриваюсь. Типичное приземистое кирпичное строение с двориком, поросшим унылой лондонской травой. Для каждого жильца – парковочное место, на одном навалено безумное количество ящиков из-под бананов.

Звоню в третью квартиру и вдруг замечаю движение со стороны мусорных баков. Лиса. Замерла и нагло смотрит, приподняв лапу.

Впервые вижу лисицу так близко – какая-то облезлая и гораздо более неприглядная, чем рисуют в книгах. Лисы же хорошие, да? Такие хорошие, что теперь нельзя убивать их забавы ради, даже если ты аристократ на лошади. Замок пикает и открывается; захожу в подъезд.

Вокруг все очень коричневое: ковер, стены цвета печенья. Ладно, пустяки – главное, как оно в квартире.

Стучусь в дверь и почему-то сильно волнуюсь. Да я почти в панике. Я серьезно готова делить кровать с незнакомцем? Съехать от Джастина?

О господи! Может, Герти права, и это чересчур? Представляю, как возвращаюсь в квартиру Джастина, где все сияет хромом и белизной и дышит надеждой на его возвращение.

От этих мыслей кружится голова. Но, надо сказать, картинка уже и не столь заманчива. Видимо, две недели назад, в четверг в одиннадцать вечера, квартира изменилась. И я вместе с ней.

Я стараюсь особо не думать об этом. Я слишком далеко зашла и теперь не отступлюсь.