Квартира на двоих

Согласна.

– Правда?

– Правда, – говорю я, принимая из рук Мо чашку чая. – Но условие – я только модель, а объясняешь все ты. И еще: запрещаю тебе меня щипать, как в прошлый раз. Я тогда несколько дней ходила с синяками.

– Трудности жизни топ-модели, а, Тиффи?

Есть подозрение, что Кэтрин надо мной смеется.

* * *

Все ушли. Я одна. В своей квартире.

Естественно, весь день я щебетала и никак не показывала Мо и Герти, что у Леона мне неуютно и я вся на нервах.

Да, мне неуютно. Опять слезы наворачиваются.

Гляжу на чудесное пестрое покрывало в изножье кровати, и все, о чем думаю: оно абсолютно не подходит к пододеяльнику Леона в мужскую серо-черную полоску, и я ничего не могу поделать, потому что кровать – такая же Леона, как и моя, и его полуголое или вовсе голое тело спит под этим одеялом. До сего момента я не задумывалась о технической стороне вопроса, и теперь эти мысли радости не прибавляют.

Вибрирует телефон. Кей.

Надеюсь, все прошло гладко. Берите в холодильнике, что нужно, пока не устроитесь и не начнете сами покупать продукты.

Леон попросил, чтобы вы спали с левой стороны. Кей

Все, не могу. Пла?чу. Это ненормально, просто ненормально! Кто этот Леон? Почему я до сих пор его не видела? Раздумываю, не позвонить ли – номер есть в объявлении, однако Кей явно хочет, чтобы переговоры велись только с ней.

Шмыгаю носом, вытираю глаза и плетусь на кухню. Для человека, который работает сутками, в его холодильнике слишком много еды.

Беру малиновый джем, масло и отыскиваю над тостером хлеб. Ну, ладно.

Привет, Кей. Да, переехала. Квартира очень уютная! Спасибо, что сказали про левую сторону.

Слишком официально, когда обсуждаешь, кто с какой стороны спит. Впрочем, по-моему, Кей предпочитает, чтобы мы все держали дистанцию.

* * *

Отправляю ей несколько вопросов: где включается свет на лестнице, работает ли телевизор и тому подобное. Потом, держа в руке тост с джемом, возвращаюсь в спальню и прикидываю, не будет ли это слишком, если я постелю свою простыню.

Леон, конечно же, их постирал… Но… А вдруг нет? О господи, теперь не успокоюсь! Точно придется перестелить. Зажмурившись, срываю его постельное белье, как будто боюсь что-то там увидеть.

Готово! Чистые, скорее всего, простыни брошены в стиралку, мои – чудесные и точно чистые – на постели, а я немного упарилась. Если приглядеться, комната кажется все-таки чуточку больше моей прошлой.