Поменяться местами

– Точно! – говорю я так весело, как только могу. – Этим и займусь! – Би в сомнении поднимает бровь. Обмануть ее мне не удалось. – ?Прости, я очень хочу, но сейчас не могу. Куда нам свое дело открывать, если я и в «Сэлмаунте» держусь из последних сил?

Би запихивает в рот блинчик и бросает на меня задумчивый взгляд.

– Твоя вера в себя за последнее время сильно пошатнулась, но это поправимо. Не хочешь работать над планом – поработай хотя бы над собой. Лина Коттон «из последних сил» не держится, а уж слов «не могу» и подавно не знает.

И я хочу, чтобы моя Лина Коттон вернулась. – Би размахивает вилкой. – У тебя есть на это два месяца.

– И как мне это сделать?

Би пожимает плечами.

– Поиски себя и прочее самокопание – это не ко мне. Я наметила стратегию, а с тебя – результат.

– Ну спасибо, Би. – Я смеюсь и, поддавшись внезапному порыву, беру подругу за руку. – Ты просто чудо. Правда. Лучше всех.

– Ты это лондонским холостякам расскажи, дорогуша. – Она похлопывает мою ладонь и вновь принимается за блинчики.

2. Эйлин

Прошло четыре прекрасных долгих месяца с тех пор, как муж ушел от меня к инструкторше по танцам. И до этой самой минуты я ни разу о нем не вспомнила.

Прищурившись, я смотрю на банку, стоящую на серванте. Уже пятнадцать минут я безуспешно пытаюсь открутить с нее крышку – даже запястье разнылось. Но я не отступлюсь. У некоторых женщин никогда и не было мужа, и они сами прекрасно справляются с банками.

Я дожила до семидесяти девяти лет. Я выносила и родила дочь.

Я приковывала себя к бульдозеру, чтобы защитить лес от вырубки. Я противостояла Бетси и не дала изменить правила парковки в Нижнем переулке.

Я смогу открыть эту проклятую банку с соусом для макарон!

Дек наблюдает с подоконника, как я роюсь в ящике с кухонными принадлежностями.

– Считаешь меня слабоумной старухой, да? – обращаюсь я к коту.

В ответ он лишь машет хвостом, надменно так, словно говоря: «Люди – вообще вид слабоумный. Я вот ни одной банки в жизни не открыл: все делают за меня.

Учись!»

– Скажи спасибо, что у тебя корм в пакетиках! – наставляю я на него ложку.

Меня вообще-то не назвать кошатницей. Это Уэйд решил завести сразу двух котов, но после знакомства со своей плясуньей потерял к ним интерес. Мол, только старики живут с кошками, да и в Хэмли ему вдруг стало скучно. Великодушно оставил их мне: «скрасят твою тихую жизнь». Самодовольный болван.

Вообще-то, он старше меня: в сентябре исполнится восемьдесят один.