Будка поцелуев 3. В последний раз

Она гостила в том доме всего пару дней в прошлом году, но тоже неловко помахала рукой.

– И я тоже.

Джун вздохнула.

– Простите, ребята. Но все уже решено.

Официантка выбрала именно этот момент, чтобы принести еду.

– Ну да, как же, – тихонько пробурчал Ли, но я все равно его услышала. Он поймал мой взгляд – кажется, я никогда еще не видела его таким решительным.

Если его родители думали, что мы сдадимся без боя, то они сильно ошиблись.

Глава 3

А я-то думала, что все мои метания с Беркли и Гарвардом были плохи… но это?

Ли так и дулся на протяжении всего ужина.

И Ной, к моему удивлению, от него не отставал. Они гримасничали, скалились и бормотали что-то себе под нос, с нарочитой силой втыкали в еду столовые приборы и нехорошо косились на своих родителей.

Действовали так синхронно, что это выглядело почти смешным.

Почти.

Рейчел, благослови ее Господь, пыталась хоть как-то разрядить обстановку. Старалась разговорить Ли, а когда у нее не получилось, обратилась к его родителям – с почти маниакальным энтузиазмом.

Все, чтобы над столом не повисла тишина.

А я все еще пыталась свыкнуться с услышанным.

Продать пляжный домик? Я не думала, что они вообще могли рассматривать такой вариант. Это ведь был тот самый пляжный домик. Место, где мы проводили почти каждое лето своей жизни. С ним связаны одни из самых лучших моих воспоминаний. Там мы с Ли впервые научились плавать без нарукавников! Там меня ужалила медуза, когда мне было девять, и Ной на закорках тащил меня до дома.

Там Ли впервые поцеловала девушка, спасательница-латиноамериканка из северной части штата, чье имя никто из нас так и не смог вспомнить.

Я глянула на Ноя: тот с силой сжимал челюсти. Однажды он вдруг стал слишком крутым, чтобы продолжать с нами общаться, но пляжный домик оставался территорией, где все ощущалось как прежде, когда мы были детьми. Там Ной продолжал с нами тусить.

Там мы впервые попробовали пиво: стащили из холодильника в День независимости, когда нам было по тринадцать.

Тогда Ной начал зарабатывать репутацию плохого парня в школе, принялся нарушать правила, но пока еще включал нас в свои маленькие проказы. (На вечеринки тем же летом он нас с собой не таскал.)

Они не могли просто продать этот дом. Не могли. В том месте было столько драгоценных воспоминаний!

Этот дом был чем-то большим, чем просто куском земли, бунгало с облупляющейся краской и плохим фильтром.

У меня зазвонил телефон.