Одна в пустой комнате

Не хочу, чтобы Рита знала, что я бросил занятия.

Она повторяет за мной, вытягивает губы и качает головой. Смотрит на меня через зеркало, гладит мое отражение.

Рита медленно приближает губы к зеркалу. Я тяну ее за плечо, собираюсь поцеловать, пока она в игривом настроении, но она останавливает меня. Выворачивается. Кокетливо извивается и говорит, нет-нет-нет, не торопи события.

Наигранно смеется и выходит из комнаты. А я делаю вид, что ничего не случилось. Остаюсь у зеркала с растерянным отражением наедине.

Мне еще нужно надуть левую щеку, задержать на десять секунд, затем правую, и так хотя бы три подхода.

– Понимаете, – обращаюсь я к присутствующим, – я решил стать настоящим. А не каким-нибудь подражателем.

– Можно я задам вопрос? – Все не унимается пустышка за спиной. Дождался удобного случая и снова сует свои пять копеек.

Лжепсихиатр ожидаемо морщится. Трясет сжатым кулаком в воздухе, мол, заткнись, последний раз предупреждаю.

– Я уверен, – продолжаю говорить, обращаюсь к собравшимся, не обращаю внимания на пустышку и его желание что-то спросить.

Говорю, можно избавиться, например, от морщин. Убрать двойной подбородок. Можно выровнять нос, увеличить губы. Поправить овал лица. Да все, что угодно. Все возможно, если очень захотеть. Можно стать совершенно другим человеком. Таким, каким пожелаешь.

Я вижу, как заинтригованы зрители. Наконец-то я нашел тему, с помощью которой могу занять их уши и потянуть время.

Теперь они смотрят на меня иначе. С заинтересованным презрением. Упитанные, розовощекие, с обвисшими складками под одеждой, они готовы отложить казнь маньяка, мою казнь, до конца рассказа. Они хотят узнать мой секрет.

Не нервничать.

Просто продолжать говорить, объяснять и ждать. Рита сорвется. Ей сейчас тяжелее, чем мне. Пусть мне мало о ней известно. Но я знаю точно, как сильно она любит кровь. Немного подождать, немного терпения.

Кончиками пальцев плотно прижми кожу у наружного края бровей, не оттягивай, только прижми.

– Лучше этим заниматься перед зеркалом. – Я показываю, как правильно выполнять упражнения.

Я показываю и смотрю строго перед собой, на Федора Петровича. Зажмуриваюсь и чувствую, как меня буравят взгляды присутствующих. Они ловят каждый жест, внимают каждому слову.

Сложи пальцы в замок, помести их на лоб и прижми как можно плотнее.