Центральный Зомбиленд

Она была полностью одета и держала за руку очкастого, ехидно улыбающегося доктора из медицинского центра. Глаза ее были пусты и смотрели сквозь него, будто и не было его больше на свете. Точно такие же глаза были у каждого зомби в той толпе, что наблюдала за ним, спрятанным в глубине медицинского фургончика, и не видела его. Кирилл ощутил укол в области шеи, руки его перестали слушаться, и он закричал:

– Лина!..

Кирилл проснулся. Второй его сон, очевидно, также оказался кошмаром. Занимательное слово – «кошмар».

Смесь кошки и смерти. Смерть, растянутая и выгнувшаяся, как кошачья спина, под которой оказался ты. И такая же обманчивая и ненастоящая.

Кирилл лежал на мягкой подушке в полной темноте. С левым плечом было что-то не так. Левой руки он не чувствовал! Холодный пот мгновенно покрыл все тело, в ушах зашумело. Как? Когда? Не веря сам себе, он ощупал левое плечо, затем предплечье. Рука была на месте. На ней кто-то мирно посапывал, отчего она слегка затекла. Кирилл пошевелил пальцами, в кончиках закололо.

Он почти успокоился, хотя внутри еще подергивалась какая-то чрезмерно натянутая струнка.

Лина-два заворочалась на его плече, перевернулась на другой бок, но из состояния бессознания не вышла. Инстинкты требовали отдыха. Лина-два Кириллу нравилась, но расставание с ней стало так же неизбежно, как и разлука с Линой-один. Кстати выяснилось, что тезками они не являлись. Милая новая знакомая носила гордое имя Аделина, по мнению Кирилла, никак не соответствующее ни ее работе, ни месту проживания.

Работала она менеджером по обслуживанию гостей в маленьком ресторанчике.

– Официанткой? – уточнил он на всякий случай.

Она в ответ фыркнула и надула нижнюю губку.

– Менеджером! – кажется, впервые за время недолгого знакомства она повысила на него голос, и тут же, решив, что переборщила, нежно добавила: – Милый, ну ты же понимаешь, что это абсолютно разные вещи. Официантками работают всякие там… из пригородов.

Он конечно понимал. Лина-два была не из пригорода. Она снимала на Юго-востоке отдельную крохотульную квартирку, в которой кухня, столовая и спальня умещались в одной двадцатиметровой комнате.

Она хитростями через многочисленных знакомых торговых консультантов добывала себе белобирочную одежду и чувствовала себя королевой мира. На почетном месте в углу шкафа у нее висел даже воздушно-лазурный шарфик с немной затершейся золотой биркой. Это была первая вещь, которую Кириллу продемонстрировали, гордо задрав нос, просто тянущий к поцелуям.