Эмигрант. Его высокоблагородие

Но хороша, жучка, ей-ей хороша…

Кое-как домывшись, я словно римский патриций завернулся в простыню, гордо шагнул в предбанник уже готовый доминировать, но тут же недвусмысленным жестом был выпровожен в коридор. А еще через мгновение на двери ванной комнаты звякнула щеколда, надежно преграждая мне путь к заветному телу.

«Черт… Ладно, вроде как бордели еще никто не отменял…» – я про себя чертыхнулся, совсем уже собрался к себе, но тут послышался голос княгини:

– Барон, я буду совсем не против, если вы, после того как стемнеет, пригласите меня на прогулку по верхней палубе… – И после небольшой паузы она добавила: – Конечно же, если эта мерзкая качка наконец прекратится.

– Мадам, считайте, что вы уже получили приглашение… – не задумываясь ответил я. И тут же слегка ошалел. Хотя нет, «слегка» это не тот термин, описывающий мое состояние. Дело в том, что первая часть фразы из уст княгини прозвучала на французском языке, который для меня равнозначен монгольскому или, к примеру, армянскому. То есть ни тот, ни этот я ни хрена не понимаю.

Но Катерину прекрасно понял, мало того, вполне уверенно ответил на том же языке. Откуда?

Уже в каюте пришло понимание, что это шалости бывшего хозяина моей новой тушки. Остаточная память или что-то около того. Откуда мне знать французский, если я всю жизнь учил английский, как в школе, так и в училище с университетом. А вот дворяне в это время как раз просто обязаны были шпрехать на нем, как на своем родном. Неплохо-неплохо, даже не подозреваю, как это действует, но вполне может пригодиться.

Может, еще чего вспомню? Вполне вероятно, потому что некие подвижки в этом деле уже заметил. Что-то неуловимо мелькает в памяти, но, увы, пока без всяких шансов на уверенное толкование. Ладно, время покажет. Да и не самое главное это, меня вполне устраивает, что новоприобретенное тельце под полным контролем, да и с осознанием своей личности проблем нет.

Быстро переоделся, сменив бриджи с ботинками на свободные брюки и полуботинки, после чего отправился на верхнюю палубу хоронить капитана.

Вопрос назрел, потому что заиндевелый хладный труп в холодильнике вызывал жуткую истерику у дам.

За мысом ветра почти не чувствовалось, но море в бухте все-таки волновалось и пароход порядочно болтало. К счастью, мне досталось тело с приличным вестибулярным аппаратом, и качка переносилась вполне уверенно. То есть меня не тошнило, но все равно передвигаться по ускользающей из-под ног палубе еще то удовольствие.

Все уже собрались.