Эмигрант. Его высокоблагородие

Да-да, все так серьезно…

– Господи! – ахнул Малевич. – Неужто…

– Да-да… – я взял его за отворот сюртука и легонько потянул на себя. – Идемте, будем извиняться. И не надо перечить, я выступлю вашим поручителем. Да, неприятно, но другого выхода попросту нет…

В общем, в очередной раз все уладилось к всеобщему удовлетворению. Малевич имел очень бледный вид, Шмуклерович – совсем наоборот, торжественный и кровожадный. Я был удостоен материнского поцелуя от Цили Абрамовны, после чего позволил уговорить себя принять скромный презент в виде двухсот фунтов стерлингов.

Все как всегда. Если бы вы знали, сколько людишек попались в свое время на такой нехитрый трюк, то просто ахнули бы. Для начала какой-нибудь «красивый пассажир» получает совершенно беспредельный дикий наезд. После чего, естественно, бежит к своей «крыше», которой исправно платит звонкую монету за защиту. «Крыша» надувает щеки: «Чта? Хто? Порвем нах!» и конечно же берется разобраться. И разбирается, правда, по ходу действия дело всегда обрастает сложностями, за которые уже надо доплачивать.

В итоге все образуется, все довольны, и, как правило, «пассажир» даже не догадывается, что наезд был организован его же собственной «крышей». Особенно хорошо эта схема действует, когда фигурант чувствует за собой какие-нибудь «бока». А в данном случае мне даже ничего организовывать не пришлось. М-да… человеки всегда странными были. И будут. Но мы-то, бескорыстные помощники, всегда готовы подставить страждущим свое плечо. Как говорил мой учитель, дядя Митя Старицкий, он же Митя Мамант, интеллигентнейший человек, между прочим: «…людям всегда надо идти навстречу, даже если они об этой встрече пока не подозревают…»

Пребывая просто в прелестном настроении, я умудрился вытащить на верхнюю палубу небольшой столик со стульями, получил от Вейсмана бутылку шампанского «Veuve Clicquot» с коробкой шоколадных конфет «Санъ-Женъ» от фабрики товарищества «Эйнемъ» и совсем уже собрался приглашать ее светлость на променад, как наткнулся в коридоре на Веру Александровну Соломину со своими чадами.

Многодетная мамаша была похожа на свежеобращенного зомби, а вот ее отпрыски, плотно укутанные в пуховые платки, напоминали собой жизнерадостных медвежат.

– Георгий Владимирович! – страдальчески простонала женщина. – Умоляю вас, спасите меня!

– Что случилось, Вера Александровна? – я уловил внимательный взгляд детишек, уставившихся на коробку конфет, и спрятал ее за спину.