Планетарные скитальцы

Труди, расширенными от ужаса глазами, смотрела на маленький отросток, задорно торчащий ниже пузика. Котенок заискивающе смотрел на людей огромными желтыми глазами, рассчитывая на продолжение недавнего пира, и жалобно попискивал.

– Вонючий самец. Зачем только ты притащила в наш номер это чудовище. Он всё тут загадит.

Лицо Гертруды скривилось в гримасе отвращения. Пухлые кулачки её мягких полных рук непроизвольно сжимались и разжимались от гнева.

– Успокойся, Труди, ты сильно преувеличиваешь. Как такой милашка может нам навредить? Ну сама посуди? Он же такой маленький и беззащитный.

Генриетта осторожно переложила котенка с мокрого полотенца на сухое и начала осторожно пеленать мохнатого детеныша, следя за тем, чтобы когтистые лапки не цеплялись за махровую ткань.

Гертруда возмущенно фыркнула, резко развернулась и сметая стопку журналов с тумбы по пути, уверенным шагом направилась в маленькую кухню гостиничного номера.

– Гета, если я понадоблюсь, я буду у холодильника.

Генриетта закончила пеленать кошачьего малыша, оставив снаружи махрового кулька только пару смешных конических ушей и усатую мордочку с кирпичным носиком, который активно задергался, принюхиваясь к ароматам, доносящимся из кухни.

А из кухни явственно потянуло дурманящим голову запахом разогреваемого жаркого из марсианской говядины.

– Нужно было приготовить побольше. В следующий раз возьму больше вырезки.

Пробормотала себе под нос Генриетта ван Дейк и понесла свой мяукающий сверток на кухню. Котенок учуял запах сочного ароматного мяса и впал в голодную истерику.

Он издал протяжный требовательный мяв, недвусмысленно прося поделиться с ним аппетитным мясным деликатесом. Гета нежно погладила зверька по переносице, критически осматривая остатки своего вчерашнего кулинарного шедевра, громко шкварчащие на сковороде. Труди встретила мохнатого оккупанта колючим взглядом.

– Даже не думай. Я не отдам этому вонючему самцу ни единого кусочка. Это моё.

Генриетта неодобрительно покачала головой, прижимая одной рукой к груди пищащий сверток, а другой роясь в недрах холодильника.

– Ничего страшного. Мы с Альбертом найдем что-нибудь другое. Правда, Альберт?

Гета улыбнулась, глядя на умилительную мохнатую мордочку, скалящую мелкие белые зубки в почти непрерывном мяуканье. Одуряющий запах жареного мяса придал котенку сил, и маленькая мохнатая лапка наконец то вырвалась на свободу, полоснув когтями по смуглой коже Генриетты.

– Ух ты какие мы решительные.