Новый муж для Рейни

Он пойдет за решетку, и, поверь мне, там найдутся те, кто превратит его жизнь в ад.

Рейни рассчитывала на то же самое.

Триш принесла еду; все выглядело очень аппетитно. Рейни с удовольствием откусила кусок…

– Что же ты вытворял, чем заслужил репутацию местного хулигана? – спросила она, немного насытившись.

– Да так… по мелочи, – ответил он, почесав затылок.

– И пошел в полицию, чтобы искупить свои грехи?

– Я пошел в полицию потому, что полицейское управление Сент-Луиса проводило набор, а мне нужно было содержать себя и младшего брата.

К счастью, служба пришлась мне по душе. Может быть, как раз из-за моей бурной юности.

Она откусила еще кусочек, на сей раз поменьше.

– Ты, наверное, много чего в жизни повидал.

Он улыбнулся и покачал головой:

– Можешь мне поверить. Возможно, я и стал притчей во языцех кое для кого здесь, в Рейвсвилле, но то, что я вытворял, было детской игрой по сравнению с тем, что я увидел в первые полгода работы патрульным.

– Значит, ты просто озорничал, доставляя родителям беспокойство.

Его красивые янтарные глаза потемнели.

– Что-то в этом роде.

Они ели молча. Триш убрала пустые тарелки и положила на стол чек. Чейз достал из кармана несколько купюр и бросил их на стол.

– Ну что, пошли? – спросил он.

Когда Рейни кивнула, он чуть не воскликнул: «Слушай, погоди, давай закажем чизкейк!» Все что угодно, лишь бы оттянуть путешествие в прошлое.

Но он понимал, что от задержки легче ему не станет. Они с Рейни сели в машину, проехали еще полторы мили по шоссе, а потом повернули направо, на Махогани-Лейн.

На дорожке, усыпанной гравием, Чейз притормозил. По соседству, в доме Фитцлеров, горел свет. Неужели старик Фитцлер и его жена до сих пор живут там? А может, они переехали в дом престарелых, а здесь теперь живет кто-то из их дочерей?

Как же он когда-то завидовал этим девчонкам!

Мистер Фитцлер никогда в жизни не повышал голос, не говоря уже о том, чтобы поднимать руку на своих домашних.

Чейз еще притормозил, поворачивая на подъездную аллею.

Фары высветили старый дом.

Ему было больше ста лет. Двухэтажный белый фермерский дом снаружи казался вполне крепким. Планировка у него была традиционная: четыре комнаты внизу и четыре наверху. Внизу находились кухня, столовая, гостиная и ванная, а наверху – три спальни и еще одна ванная с туалетом. Потом прежний владелец снес заднюю стену и сделал внизу пристройку, где поместилась большая спальня с отдельным туалетом.