Вдали от солнца. Из цикла «Потускневшая жемчужина»

Планов, как таковых, было немного, а если быть точным, то в списке фигурировал только один пункт: узнать о судьбе Фитца. Кроме этого существовало несколько недостаточно чётко оформившихся вопросов, самый первый из которых гласил: чем предстоит здесь заниматься? Туманные разговоры о новом роде войск Ладвиг пока не воспринимал всерьёз. Всё это могло оказаться отвлекающим манёвром, призванным успокоить попавших в Озёрный замок людей.

По коридору прошёлся надзиратель, с грохотом закрывавший тяжёлые двери камер.

Оставшись почти в полной темноте, Ладвиг разделся и лёг в постель. Глядя в потолок камеры он увидел там едва уловимый металлический отблеск, которого не замечал раньше. Свет горевшего в коридоре факела проходил через небольшое оконце и отражался в каком-то металлическом предмете на потолке. Сержант поднялся, вышел на середину камеры и вытянул руку вверх. Пальцы нащупали переплетение толстых металлических полос, составлявших восьмиугольную решётку, размеры которой не превышали полутора ярдов по диагонали.

Поднявшись на носочки, Ладвиг просунул пальцы дальше и наткнулся на пустоту. Сводчатый каменный потолок камеры нижнего яруса служил одновременно полом камеры верхнего яруса. А теперь часть каменной кладки отсутствовала и на её месте находилась решётка. Сержант мало что смыслил в строительстве, но и его скудных познаний в этом вопросе хватило, чтобы понять – пользы от решётки никакой, а вот вреда немало. Изъятие центральных камней арочного перекрытия серьёзно нарушало прочность конструкции.

Стоило решётке расшататься в своих пазах, и это могло вызвать обрушение потолка нижней камеры.

«Хорошо, что кровать у самой стены, – подумал Ладвиг, – там есть шанс выжить при обвале».

Он вернулся в постель и почти сразу же заснул. Сон был беспокойным, с беготнёй, то ли за кем-то, то ли от кого-то. В очередной раз, перепрыгивая препятствие, сержант потерял равновесие и стал падать. Казавшееся бесконечным падение разорвало путы сна, Ладвиг понял, что он действительно летит и через мгновение грохнулся на каменный пол камеры.

Невидимые в темноте люди крепко схватили его за руки, рывком поставили на ноги и прижали к стене.

От неожиданного удара в солнечное сплетение перехватило дыхание, сержант раскрыл рот, и в него сразу же запихнули скомканную тряпку. Затем началось методичное избиение. Старательно лупили по корпусу, лицо предпочитали не трогать, без проявления особой жестокости, разок врезали ниже пояса.