Мой Любимый Герцог

Ее черты были симметричными, и ее фигура имела полное право именоваться притягательной, но ее волосы были рыжими, глаза – зелеными, да и веснушки имели ужасную привычку захватывать ее лицо.

Джульетта пробивала себе путь сквозь стену танцующих. Она двигалась резкими толчками, даже споткнувшись один раз, как будто ей никогда не приходилось протискиваться между парами ранее. В комнате стало душно, как будто Аид поместил кусочек адского пламени на белый мрамор залы, и тот огонек начал мало-помалу захватывать все вокруг, пока люди вокруг общались и танцевали, ни о чем не подозревая.

Джульетьа нашла Женевьеву притулившийся неловко около штор. Та просияла, увидев двоюродную сестру, но тут же поняла, что что-то не так.

— Что-то случилось? – спросила она настойчиво.

— Да нет....

Джульетта засомневалась. Ей не хотелось возводить напраслину на своего суженого. Женевьева была ее самой любимой подругой, и Джульетта (когда она наконец станет герцогиней Шервудской) намеревалась приглашать ее почаще.

Ей явно не хотелось видеть, как Женевьева будет глядеть с подозрением на Горация, когда тот в очередной раз заведет разговор о чудесах кофе, радостях вечно-расширяющейся Британской Империи, или о чем-нибудь еще.

По правде говоря, Джульетте были неведомы увлечения герцога.

Она представляла его неким улучшенным вариантом мужчины с все теми же свойственными для остальных мужчин увлечениями, как то: крикет, просмотр прессы и игра поло. Быть может, она совсем его не знала.

Впрочем, Джульетта тут же отогнала от себя эту мысль. Ведь не у всех есть секреты.

«Но у папы были», подумала она, осматривая залу. Знакомые ей люди крепко придерживались своих любимых напитков. Бывшие в свете впервые потягивали ратафию, в то время как более опытные молодые люди отдавали предпочтение бренди. Большинство гостей кучковались рядом со своими друзьями и подсмеивались над неизменными историями, которыми те потчевали их

Нет, ее жениху хватило ума не явиться на этот.

Ему всегда нравилась природа, и каждый побывавший в Кумберленде не мог не похвалить его виду. Несомненно, походы от озера к озеру приносили герцогу больше радости, чем самый богатый бал мог когда-либо добиться.

Вопреки самой себе, еле слышные мурашки сомнений пробежали вдоль Джульеттиного хребта, как будто она забыла закрыть балконную дверь и сквозь тяжелые шторы в комнату незаметно проник сквозняк.

Тут она твердо покачала головой.