Убить садистов

На плиточном полу, ровно посередине – слив, по сторонам от него – металлическое кресло с брезентовым сиденьем и металлическая кушетка, вроде тех, на которые так неуютно смотреть в больницах. Рядом с ними – невысокий столик – крышка накрыта белой салфеткой, ножки у него тоже из металла. Между ними на стене – эмалированная раковина со смесителем.

По стенам и на потолке комнаты в нескольких местах, на специальных штативах, под разными углами висели видео-камеры. Их было не меньше десяти, а то и побольше, Ольга не считала.

Введя своих пленниц, мужчины занялись каждый своим делом. Сергей стал нацеливать прожекторы на угол с медицинским интерьером, а Борисыч, вынув из кармана радиотелефон, набрал номер. Почти сразу ему ответили. Посматривая, как готовит оборудование его напарник, Борисыч негромко начал разговор:

– Привет, Юрок! Где шляешься? Это Григорий… Все о-кейно, даже лучше… Помнишь, я говорил про парочку, что в прошлый раз помешала Светку привезти?… Ну да!… Эта телка тоже здесь, сама выскочила, когда я Светку отключил, ну и ее захватили – не пропадать же добру!… А они вместе были! Да… Да… А может, и ее для комплекта? Почему? Ну, как знаешь… Ну все, все… Изменений нет? Усе ясно, шеф! – спародировал он под конец Лелика из «Бриллиантовой руки», отключил радиотелефон и, отойдя, положил трубку на ближний журнальный столик.

– Короче, Серый! – Борисыч почесал за ухом, – Юрок говорит, работать пока только со Светкой, как решили. Эту оставим до завтра – он сам приедет и сочинит что-нибудь. Еще он опять понудел про тени – не лоханись, как в прошлый раз. А то снова разноется. ..Твою мать! – неожиданно озверел Борисыч. – Нашел кинооператоров! Самому в лом сюда переться, а я должен вые....ться! Все подготовил, что ли? – закончил он уже спокойнее.

– Вроде, – ответил Сергей и достал сигарету.

– Там кури! – ткнул пальцем на дверь Борисыч.

Сергей вышел из комнаты, но далеко не ушел: запах от его сигатеты ощущался совсем рядом.

Ольга со Светланой так и продолжали стоять у двери, где их оставили, внимания на них не обращали, будто они были деталью обстановки. Светлана сперва негромко, а потом все слышнее начала подвывать. Похоже, была на грани истерики.