Агнесса и Тайна Зеркаландии

Справа от Книги Судьбы на таком же хрустальном столике стоял необычный темный светильник в форме куба с серебристой окантовкой по краям, а на каждой стороне красовались маленькие круглые отверстия. Внутри светильника стояла полупрозрачная цветная пленка, которая постоянно вращается вокруг своей оси. Миссис Кэрролл включила светильник. Странная пленка завертелась, отразила свет, и по всей комнате побежали цветные полосы, а в них замелькали и запрыгали разные тени, создавая картинки. Девочка сразу узнала известные сказочные эпизоды и, конечно, любимых героев.

– Ух ты, какая невероятная красота!.. – ахнула Агнесса и на мгновение совсем забыла, зачем пришла в самое загадочное место.

Миссис Кэрролл дождалась, когда девочка насладится сказочными картинками, и таинственным шепотом произнесла, жестом указав на постамент:

– Вот она, знаменитая Книга Судьбы!

Книга была прекрасна и уникальна, ручной работы, и от нее исходила удивительная энергетика.

Невероятно красивая обложка книги, выполненная мастером своего дела, притягивала взгляд. Она была сделана из светло-коричневого материала с едва заметным орнаментом из неизвестных символов, а по краям ее украшали вставки черного цвета из настоящей крокодильей кожи. Название книги выложено из настоящей алмазной крошки и переливалось миллионами огоньков, так что Агнессе немедленно захотелось прикрыть лицо руками, боясь, что она ослепнет от слишком яркого света.

– Великая Книга Судьбы, которая знает все на свете про каждого человека, – восхищенно произнесла миссис Кэрролл и застыла в умилении, но вскоре очнулась от нахлынувшей эйфории. – Ну, милая, про кого ты хочешь что-либо узнать?

Агнесса оживилась и подошла ближе. Девочка потопталась на месте, раздумывая, хочет ли вообще знать что-либо, ведь никому не известно, какая информация ее ждет: хорошая или плохая.

– Ну же, смелее! – подстегнула хранительница.

– Я бы… хотела… я бы хотела узнать про папу, – неуверенно произнесла Агнесса, и ее глаза заблестели. Еще немного, и первая слезинка покатится по щеке, но девочка собрала волю в кулак и не позволила себе расклеиться.

– Так, как зовут папу? Что-то память совсем подводит меня, – пробормотала Эмилия Кэрролл.

– Стивен. Стивен Паркер.