44 главы о 4 мужчинах

Мне захотелось пробежать пальцами по его пушистому затылку, но это желание немедленно натолкнулось на жесткое сопротивление и скрежет металла по дереву, едва я попыталась шевельнуть рукой.

Рыцарь поднял голову на этот звук, и, едва он осознал, откуда тот исходит, его лицо немедленно исказилось в смеси раскаяния и заботы. «Черт, Биби! Твои руки!»

Он вскочил и схватил ключи со столика, помедлив только для того, чтобы скинуть презерватив в мусорную корзину, где он и останется на ближайшие лет десять-двадцать.

Освободив мои руки, Рыцарь притянул меня к себе на колени, обхватил руками и сосредоточился на моих покрасневших натертых запястьях, постоянно дуя, целуя и зализывая их между потоком извинений.

– Прости меня, детка. Мне так офигенно жаль. Я не хотел делать тебе больно. В смысле, я знаю, что это немножко больно, но я так старался, чтобы тебе было хорошо. Ты в порядке? Пожалуйста, скажи, что ты в порядке? Это на фиг убьет меня, если я испортил единственное, что когда-нибудь любил.

После каждого поцелуя Рыцарь всматривался мне в лицо, взволнованно подняв брови. Хотя он только что проволок меня сквозь три с половиной минуты раздирающей боли, я чувствовала себя могущественной, сверкающей и новой, как феникс, восставший из пепла моей изничтоженной девственности. То, что не убило меня, сделало меня сильнее, такой сильной, что единственный на всю округу скинхед ел у меня с ладони. И отовсюду.

Да я была лучше, чем в порядке.

Мне определенно было в кайф.

– Давай повторим.

6

Появляется злобный профессор

Тайный дневник Биби

Дорогой Дневник.

Есть небольшой шанс, что я скоро могу неожиданно исчезнуть, так что ты должен знать, что происходит, на случай, если тут появятся агенты федеральных сил.

Я могла бы описать тут всю эту злачную историю, но я ее в общем уже почти описала в письме своей лучшей подруге, Саре, так что я просто скопирую сюда нашу переписку для экономии времени.

И чтобы доказать, что все, что я делаю, было ее идеей.

Доктор Сара Сноу – это воплощение зла, Дневник. Я знаю, что не должна ее слушать, но ничего не могу с этим поделать. У нее есть власть надо мной. Однажды она среди ночи подобрала на дороге трех голосующих в костюмах шмелей и заставила меня сидеть у одного из них на коленях, потому что иначе мы не помещались в ее крошечный «Фольксваген Мини».