Рай там, где все поступают правильно

 – но это не должно быть принуждение, не должно выглядеть так, словно всё уже решено, а он всего лишь наёмник, которого можно в любой момент заменить другим. Не надо использовать его личное отношение.

Он убавил громкость телевизора до нуля и без всякого интереса стал переключать каналы. Эмоции вроде бы остыли, но сон не приходил.

Доран подумал: ему ничего не остаётся, кроме как смириться с тем, что Фло богаче. Она ему нравится. Нравится больше, чем кто бы-то ни было раньше. Да и у неё явно не одни лишь практические, хищные цели в отношении его.

А идея с вертолётом может их уровнять и связать навсегда. Богатство даст ему независимость. Однако… Однако неудача может довести до электрического стула.

Пилот вертолёта наверняка погибнет. Да, почти стопроцентно. Но… такова судьба. Какой-нибудь ублюдок, вроде тех, что задаются в колледже, в армии или в пивнухе, выпив полбутылки виски. Чем он лучше бородачей? Только тем, что верит в другого Бога? Если он нужен своему Богу, то тот его обязательно спасёт. А может быть, он нужен Богу на другом свете.

И вообще, как учат в армии, если снайпер испытывает чувства к цели, то он шизофреник и извращенец.

И Доран Макмилли задумался над тем, осуществима ли вообще идея, сбить этот самый вертолёт. Фло, конечно, можно убедить, что то, к чему она его подталкивает, вздор и детская фантазия, но имеет смысл обмозговать это дельце для себя. К тому же она, наверное, знает ещё какие-то детали или может узнать.

Фло возвратилась к вертолётной теме через день.

В одиннадцать утра они были в яхт-клубе «Олерина». Фло хотела поплавать на яхте и договорилась со знакомыми (семейной парой), у которых было судёнышко под именем «Мечта 2000». Пока подготовились к прогулке и прошли шкиперский инструктаж на портовой рынде отбили час пополудни. Туман, заволокший побережье с утра, рассеялся и теперь припекало очень горячее южно-калифорнийское солнце, дул слабый бриз, волны даже за пределами гавани были сегодня не слишком высокие.

Вывели судно миль на пять от берега и пустили в дрейф.

Тридцатифутовая яхта мерно переваливалась с носа на корму. Макмилли установил на полубаке зонт, потом высыпал за борт куль вкусовой приманки, примостился на юте и закинул удочку. Фло разделась до купальника и, обмазавшись кремом от загара, устроилась под зонтом.

Доран время от времени оборачивался и поглядывал на неё с вожделением. Наконец, плюнул на не очень-то увлекавшую рыбалку, огляделся – поблизости никого нет – и юркнул к Фло.