Василиса

Холеный же продолжал болтать не замолкая:

– Просто факты – упрямая вещь. Поэтому я не удивлюсь, если Василиса, увидев шишку на вашей голове, тут такое устроит, что разбитое стекло покажется детской шалостью. Вот, кстати, и пришли. Смотрите, неверующий.

Мы подошли к прозрачной стене, за который начинался огромный зал, действительно похожий на лабораторию, заполненную множеством каких-то приборов и агрегатов, назначения которых я не знал. Пол зала располагался ниже места, где стояли мы, поэтому все помещение просматривалось как на ладони.

В самом центре, рядом с высокой неровной колонной, держащей купол, стояли стол и кресла – что-то вроде уголка для совещаний, рядом располагалась белая пластиковая доска, изрисованная какими-то непонятными схемами и диаграммами. За столом в одном из кресел сидела Василиса, а напротив, в таком же кресле, располагался лысый мужичонка в белом халате, они довольно бурно что-то обсуждали, но через стекло ничего не слышалось. Позади кресла начальника исследовательского центра стояло человек десять в белых халатах – видать, младшие научные сотрудники или лаборанты – я мог только догадываться, они в разговор не вмешивались, только изредка отвечали на некоторые вопросы. Прислонившись к стеклу, я попробовал позвать:

– Василиса!

Холеный улыбнулся:

– Остекление звуконепроницаемое и полупрозрачное. Поэтому она нас не услышит и не увидит. Да, и сразу скажу, к вашему сведению, стекло каленое – выдерживает винтовочный выстрел в упор, поэтому пытаться его разбить – бесполезная трата сил.

– Отведите меня к ней.

– А вот здесь позвольте вам возразить! Вы понимаете, что станете мешать? Вы разбираетесь в проблематике обсуждаемых научных вопросов?

– Нет, но…

– Никаких «но»! Поговорите после совещания. Пойдемте ко мне в кабинет, побеседуем, дождемся когда закончится диспут, а дальше вы вместе с вашей Василисой совершенно беспрепятственно отправитесь домой. Договорились?

– А почему вы так возражаете против встречи? Чего-то боитесь?

Холеный опять рассмеялся, показав два ряда идеально ровных вставных зубов, хоть в рекламе зубной пасты снимай.

– Я, чего-то боюсь? Да помилуйте! Разве я похож на человека, который чего-то боится? Просто я слишком ценю время моих ученых. Василиса сегодня пришла и в свойственной ей безапелляционной форме потребовала встречи с моими исследователями. Я на это согласился. Но она – научный авторитет, имеет соответствующий уровень знаний и статус, я бы сказал.