Коса Лусичи

– Откуда мне знать? – пожал плечами тот. – Но если бы мне предложили сотню, я бы отложил смерть на потом.

Услышав речь о деньгах, толстяк мгновенно открыл правый глаз и пошарил им перед собой. Когда увидел сотенную, то мгновенно ожил. Глаза его расширились от такого подарка. Рука метнулась к купюре, и та исчезла в карманах необъятного пиджака.

– О, этот парень тоже кое-что смыслит в зелени, – обрадовался Мигель.

– Так чем могу быть полезен вам, ребята? – снова, но уже бодрым тоном, поинтересовался у них администратор.

– Мадре миа! – восхитился испанец. – Ты смотри, профессор-то оказался прав!

– Заткнись, дурак! – одёрнул испанца Саба и пнул того по лодыжке.

Удар был не сильным, но болезненным. Теперь, если бы Мигель и захотел бы ещё что-нибудь сказать, то всё равно бы не смог, так как дикая боль лишила его дара речи.

– Джон Купер, – быстро проговорил Саба, не давая Хью возможности переварить эту небольшую промашку напарника. – Нам нужен этот парень. Он у себя?

– А, этот янки! Он куда-то свалил со своими дружками. Наверное, повёл их обедать. Кухня у нас неважная, поэтому все стараются питаться в «Голубой Лагуне»…

– Кто такие? – заинтересовался негр.

– Муж и жена. Муж – так себе, вечно недовольный недотёпа. Но здоровый, я вам скажу – не чета вам. Зато жена у него…

– Так ты сказал, они ушли? – прервал его Саба.

– Да, давно уже.

– Отлично! Нам нужно осмотреть его номер.

– Нет проблем! – откликнулся толстяк. За сто баксов он разрешил бы осмотреть комнаты своей жены. – Вот вам ключи. Триста шестнадцатая комната, третий этаж, направо.

– Спасибо, Джо, но ключи у нас свои, – поблагодарил его Саба и толкнул приятеля в плечо, который всё ещё потирал ушибленную ногу. – Идём, трепло.

Мигель выпрямился и, прихрамывая, направился за ним к лифту.

– Ах да, – Саба вернулся к стойке, – если этот Купер вдруг вернётся…

– Я непременно сообщу вам об этом, – администратор оказался на редкость догадливым.

– А если станет немного шумновато…

– Никакой полиции!

– Ты настоящий друг, Джо, – искренне похвалил его Саба и пошёл догонять Мигеля.

– Такие деньги дают только настоящим друзьям, – сказал Джонатан Хью сам себе и с нежностью погладил грудь в том месте, где в кармане лежала стодолларовая бумажка.