Дневник профессора Гаросса

А видок, я вам скажу, у него был ещё тот! Лоб, левый глаз и всю щеку пересекал страшный красноватый шрам, делая выражение лица зловещим и пугающим, взгляд единственного глаза леденит душу, а от усмешки тонких мёртвых губ меня охватывает озноб. Банда молодчиков в Аделоне, у которых по капризу Сьюзи мы брали интервью, ничто по сравнению с этим чудовищем. «Крот» долго, молча, разглядывает меня и, наконец, разлепляет губы:

– Так говоришь, в Мондакорре никого не подсаживал, так что ли? И наши ребята тому свидетели, да?

Как только «Бульдог» исчезает, «Икс-космос» вплотную подъезжает ко мне.

Из неё вываливаются четверо. Вид у них весёлый. Избить человека для них всего лишь небольшое развлечение.

– А ты ничего не напутал, придурок?

Одноглазый вертит в руках что-то блестящее, похожее на кастет, тон угрожающий, и я спешу ответить:

– Клянусь своим шефом! В Мондакорре я только выпил фруктовый сок и всё. Я даже ни с кем не разговаривал, кроме ремонтников на заправке.

– Ой, ли? – его кривая усмешка не обещает ничего хорошего.

 – Подумай хорошенько, у тебя есть ещё время. А я дам подсказку. Старичок с таким чёрненьким чемоданчиком.

– Старичок? – я делаю вид, что пытаюсь что-то вспомнить. – Может там и были старики, но мне было не до них, честное слово. Такая жара! У меня пересохло в горле, и я спешил утолить жажду. К тому же, у меня срочная работа на студии, и поэтому я торопился.

Изо всех сил стремлюсь не показать своего страха. Перед глазами всё время стоит профессор, и это придаёт мне силы.

Желание помочь ему заставляет меня лгать и изворачиваться. Сейчас, когда наступил самый главный момент, хочу только одного, чтобы моя ложь как можно больше походила на правду.

– Да ну? – одноглазый недоверчиво ухмыляется. – Откуда же тогда у тебя в салоне такая вонь?

Этот неприятный запах оставил профессор. Вернее, его странная одежда. Вначале теряюсь, но ответ нахожу быстро.

– Ах, это, – говорю, улыбаясь, – я настолько к ней привык, что уже и не чувствую её. В Аделоне мы снимали в гетто.

Иногда приходилось подвозить кое-кого из их обитателей на съёмки, вот и провонялось. Чего только не пробовал, чтобы избавиться от этого аромата, но ничего не помогло. Умные люди посоветовали поменять обшивку. Как вы думаете, это поможет?

Одноглазый хмыкает, затем берёт у одного из «кротов» газету с огромным портретом по середине и встряхивает её.

– Я ищу одного папашку, – как бы доверительно сообщает он мне.

– Своего, что ли? – пробую шутить.